Приватный танец для командора

Приватный танец для командора


Вы молоды, умны, здоровы, полны сил и надежд. Думаете, что крепко держите руль собственной жизни в своих руках, что можете изменить судьбу только потому, что в вас есть стержень и упорство, способное свернуть горы?

Заблуждение!

Кто-то мудрый и всесильный все давно решил за нас. Скажете – ерунда? Не стану вас разубеждать. Я тоже так говорила, пока мою жизнь не изменил один-единственный танец…

Приватный танец для командора



Судьба… Всего шесть букв. Шесть букв, вмещающих в себя чье-то рождение и смерть, крушение иллюзий, оправдание надежд, возвышенную любовь, справедливое возмездие и вероломное предательство…

Непостижимая, не поддающаяся объяснению совокупность событий и обстоятельств, предопределяющих порой развитие и гибель целых миров. Для кого-то судьба - это всего лишь громкое слово. Для кого-то – фатум и рок. Кто-то верит в то, что судьба - это что-то величественно-неоспоримое и непреложное, предначертанное тебе звездами еще до твоего рождения. А для меня судьбой стал один-единственный танец. Но… об этом позже, потому что началось вся эта история совершенно банально – с простого завещания…



Глава 1



Солнечный свет золотыми пучками лился из начищенных до хрустального блеска стен-окон, делая трехмерную картинку проектора невероятно четкой и объемной. Даже из самого дальнего угла кабинета, спрятавшись в котором я изображала из себя невидимку, была видна каждая мелкая деталь: линкор пятого поколения медленно поднимался над куполообразным зданием из стекла и бетона, на секунду зависал над его прозрачной крышей, а затем, переходя на сверхзвуковую скорость, тающей точкой исчезал в подпространстве.

Корпорация выпускала вот уже десятую модель боевых стрэйнджеров, а трехмерный головизор на столе генерального все еще демонстрировал АС-5.

Почему?

Хм... Почти каждый из приходящих в кабинет Эрни Спаркса, наверное, задавал себе этот вопрос. И только я знала на него правильный ответ.

Это мой прощальный привет хозяину империи «Спаркс Гэлакси», владельцу крупнейшего межгалактического торгового флота, создателю лучших в секторе Z звездных кораблей и… моему деду - Эрни Дэйтону Гарверу Спарксу.

Дело в том, что именно этот линкор был назван в мою честь - Агния Спаркс, отсюда и аббревиатура АС-5. Последний раз, когда я находилась в этом кабинете, я поменяла код на любимой игрушке деда, заменив его отпечатком своего пальца, точно зная, что демонстрируемая картинка теперь будет вечно напоминать старине Эрни обо мне.

Глупо?

Возможно.

Сейчас я, наверное, не стала бы утверждать, что поступила правильно. А тогда, семь лет назад, я считала себя вызывающе дерзкой и крутой, когда, убегая от навязанного дедом мужа, я спустилась с десятого этажа муниципального центра «Пайндери», где должна была проходить церемония нашего бракосочетания, на тридцатиметровом шлейфе собственного свадебного платья. Угнала склипер мэра, взломала охранную систему компании и, пробравшись в кабинет генерального директора, скачала все пароли к торговым кораблям, а потом поменяла все системные коды «Спаркс Гэлакси».

Я не взяла себе ни одной гребаной межгалактической кредитки, которых в сейфе деда было на миллиарды, ни одного драгоценного камушка или золотого слитка – ничего, кроме сверхнового гидрокостюма. Собственно говоря, не взяла бы и его, если бы не планировала добраться до корпуса звездного легиона, плавая в дерьме. Ну, в прямом смысле, это было не совсем дерьмо, конечно, а органическое удобрение класса «люкс», но пахло оно, поверьте мне, в сто раз хуже самого обычного дерьма, и не будь на мне полностью герметичного гидрокостюма, к моменту приземления в космопорту третьей планеты галактики SagDEG я бы просто задохнулась от испарений.

Так уж вышло, что трюм со зловонной жижей был единственным местом, которое не проверял межгалактический контроль Фаэртона, а мне жизненно важно было покинуть его солнечную систему.

Простил ли меня дед за такую выходку? Да и мог ли он подумать, что я вообще на такое способна? Не знаю… Но врать не стану – я ни о чем не жалею.

Почти…

Лишь о том, что мне так и не удалось поговорить с дедом по душам и объяснить ему, зачем я это сделала. Хотя, думаю, он и так это знал. С тех пор, как себя помню, я мечтала летать. Когда маленькие девочки играли в куклы и радовались красивым платьям, я бегала в рабочие ангары компании, залипала на сборке стрэйнджеров, таскаясь за техниками и инженерами, как репей за хвостом собаки. Запах железа и неодимового покрытия стал для меня слаще любых духов, а лучшими игрушками считались отвертки, чиперы и паяльники. Я воняла герлитовой смазкой, маслом и сваркой, потому что подростком все свое свободное время проводила в сборочных цехах. Я ни кванта не разбиралась в том, какие женские прически в моде и что носят мои сверстницы, чтобы выглядеть привлекательными и стильными, зато с закрытыми глазам могла нарисовать антигравитационный двигатель, собрать любой рабочий узел боевого корабля и взломать самую сложную хайк-систему*. Моя память способна была всего за раз запомнить наизусть текст любого объема. Я умножала, делила и складывала в голове десятизначные числа и решала любые математические задачи, щелкая их, как орешки.

Кибер-девочка – так меня за глаза называла команда разработчиков «Спаркс Гэлакси»; компьютерный гений – официально числилось в моем личном деле. Нужно ли удивляться, что с такими способностями я мечтала стать испытателем? Космос и корабли были моей одержимостью и мечтой. Но…

Как оказалось, у деда на меня были совершенно иные планы.


Мои родители погибли, когда мне было три года. Звездолет, на котором мать и отец летели в сердце туманности Мэл 15, находящейся в созвездии Кассиопеи, исчез с пультов диспетчеров спустя три крама*. Исчез не только с пультов – в принципе исчез: никаких тебе сигналов в секторе о бедствии, ни обломков корабля, ни останков экипажа…

Конгломерат вел расследование долгих четыре года и пришел к выводу, что корабль взорвался, попав в одно из астероидных облаков, которыми кишел данный сектор, но дед считал, что это была диверсия, посредством которой его хотели запугать и вынудить продать чертежи всех его изобретений.

Отец и дед были разработчиками двигателей, использующих темную материю как источник энергии для питания космических кораблей в дальних миссиях. Полкило темной материи производило в пять миллиардов раз больше энергии, чем эквивалентное количество динамита. Реактор на темной материи почти мгновенно разгонял космический корабль в космосе до скорости света. Одним из преимуществ такого двигателя стало то, что кораблям класса стрэйнджер больше не требовалось переносить тонны топлива, поскольку они добывали его по дороге из темной материи, коей изобиловала Вселенная.Чем быстрее двигался корабль, тем быстрее двигатель собирал темную материю и ускорялся.

Раньше таких скоростей могли достигать только стотонные ракетные вояджеры -военные флагманские корабли класса Е и F, или межгалактические спэйсы, работающие на двигателях, вырабатывающих достаточно большое количество энергии за счет термоядерного реактора, перерабатывавшего взятый в космосе водород в гелий.

Легкие и малогабаритные стрэйнджеры, благодаря новым двигателям, встали на одну ступень с высококлассными звездными кораблями.

Это было прорывом в космической индустрии, поднявшим бизнес семьи на межгалактический уровень. Перекупить у деда технологии пытались многие, но ответ его всегда оставался неизменен, а после того, как погибли родители, «Спаркс Гэлакси» превратился в непреступную крепость с наивысшим уровнем безопасности. Вместо межзвездных торговых крейсеров, дед начал строить боевые стрейнджеры, оснащенные совершеннейшей защитой и оружием, а я стала самой богатой девочкой-наследницей на Фаэртоне, что подняло мой рейтинг завидной невесты до неприличных высот.

Мне казалось, что будь я слепой, косой, хромой и тупой, как обух топора, это увеличило бы количество претендентов на мои бесценные, в буквальном смысле, руку и сердце вдвое, поскольку в таком случае мой муж имел бы все шансы рано или поздно подмять империю Спаркс под себя. Но к моему счастью и горю соискателей на мое наследство, и умом, и красотой я пошла в отца, а острым и злым языком - в деда. Спустя пять минут общения со мной, альфонсы и ловеласы, мечтавшие охмурить «наивную дурочку», включали сверхзвуковую скорость и делали ноги в неизвестном направлении, что безумно радовало меня и страшно огорчало старину Эрни.

Дед видел меня не только идеальной женой и хозяйкой, но и - о, ужас! - матерью огромного семейства. Моя мечта - учеба в межгалактической академии - в его планы совершенно не входила, а потому вместо секции единоборств, где я собиралась усовершенствовать свою физическую форму до необходимой требованиям академии, мне предложили школу танцев с секцией в ней на выбор.

Дед даже не догадывался, что выбор в этой школе был очень большой. И я выбрала… Пол-дэнс – танец на пилоне.

Когда Эрни Спаркс пришел на мои первые соревнования, я думала, у него случится сердечный приступ. Впервые в жизни мое желание сделать что-то ему назло довело его до состояния бешенства. Из-за сцены я видела, как он смотрит на номера моих конкуренток, и была уверена, что после моего выступления школу закроют, но дед и здесь меня удивил…

Как только я закончила этюд, этот надменный сноб вместе со всеми остальными аплодировал мне стоя. А когда мне, как победительнице, вручили награду, пообещал, что сделает для меня в доме специально обустроенный танцевальный зал.

Тогда я посчитала, что это адекватный ответ деда на мою дерзость, и только спустя два года он огорошил меня признанием, что был сражен наповал моим танцем. Что в отличие от остальных девушек, я не крутила задом на шесте – я над ним летала, парила, как птица. И это было красиво, так красиво, что он даже забыл, насколько это непристойно для девицы моего статуса.

Пилон стал моей отдушиной и страстью. Я ведь и выбрала его не случайно, а потому, что из всех видов танцев он включал в себя элементы различных видов спорта, в том числе и силовой акробатики. Я тренировалась до седьмого пота, выделывала на шесте такие физически сложные трюки, которые не каждому мужчине были под силу, и в результате я могла висеть на кончиках пальцев ног на краю небоскреба, а руками свернуть шею любому перекачанному бугаю.

А самое смешное, что именно одобренный дедом пол-дэнс и помог мне сбежать от выбранного мне в мужья наследника телекоммуникационной империи Кларка Бэнкса. Дед и его отец посчитали наш брак идеальным союзом во всех отношениях. Мне же жених показался откровенным занудой и слизняком, к тому же он никак не вписывался в моё твёрдое намерение попасть в Звездный легион.

Спросите, почему туда?..

Потому что только там дед не мог меня достать. Только в этом месте конгломерат стирал прошлое своих наемников, отбирая на службу лучших из лучших. Вот только чтобы попасть в легион, нужно было пройти все круги ада. Мечтающих о космосе и славе салаг, вместо экзамена, выбрасывали на планету, заселенную монстрами, с простой целью – выжить. Я выжила. Единственная из своей десятки.

Чавкающие звуки, издаваемые пожирающими моих друзей тварями, мне до сих пор слышатся во сне, и тогда я просыпаюсь с мокрой и холодной спиной, долго пялясь в душную темноту каюты своего стрэйнджера, проклиная тот день, когда не смогла их спасти.

Я заплатила очень высокую цену за свою мечту, но именно она сделала меня тем, кто я есть сегодня: лучшим независимым дрэйкером* в галактике SagDEG.

Легион дал мне не только дом и профессию, но и новую жизнь. Легенду за меня придумали сказочники из пресс-центра, а вот имя я имела право выбрать себе сама.

Менять его мне было лень, да и боялась, что к новому не скоро привыкну, поэтому я просто укоротила его на одну букву, а свою фамилию исковеркала до созвучной неузнаваемости. Так из Агнии Спаркс я превратилась в Агни Паркер. Вернее, в легионера с кодовым позывным «Саламандра».


Очень скоро розовые шоры, с которыми я пришла в легион, конечно, спали, уступив место циничному прагматизму. Начитавшись распространяемых конгломератом сказок о том, какое будущее ждет его служащих, я наивно верила, что спустя пять лет смогу собрать достаточно средств для того, чтобы купить небольшой ангар и начать строить свои корабли, поскольку с теми, кому посчастливилось попасть в легион, заключали выгодный пятилетний контракт.

Условиями этого договора легионеру предоставляли полное довольствие и обеспечение до того момента, когда, поднакопив кредитов, он не возвращал конгломерату потраченные на него средства и не становился независимым капитаном.

Уже через год я поняла, что денег на то, чтобы выкупить себя у легиона, я не соберу и за десяток лет. За тот мизер, что платили рядовым спасателям, нельзя было купить себе даже приличного челнока, не говоря уже о боевом стрэйнджере.

Выбраться из долговой ямы помог случай. Возвращаясь с очередного задания, моя команда случайно поймала сигнал с просьбой о помощи из галактики М58, от главаря одной из самых известных во Вселенной банд.

Эргондо Катора загнали в газовое облако возле планеты Поларис такие же, как и он, отморозки, расстреливая из всех орудий своих кораблей. Уж не знаю, что они не поделили, но случай был явно безнадежным, и, видимо, поэтому никто из дрэйкеров даже за обещанный миллион кредитов не рискнул взяться вытащить его оттуда.

Не знаю… То ли сама Вселенная была на моей стороне, то ли я действительно везучая рыжая стерва, как называют меня дрэйкеры, но удача в тот день была на моей стороне.

Я не только спасла Эргондо жизнь и получила деньги, но и приобрела славу безбашенной легионерши, способной за миллион кредитов безболезненно вытащить даже чип из задницы гормунскула*.

С тех пор я стала брать самые, казалось бы, невыполнимые задания, и за пять лет заработала легиону столько денег, что смогла выкупить не только себя, но и своего гениального штурмана – редкого засранца, хакера и вора, способного незаметно украсть жрачку даже из-под носа у мухи.

Где Хок доставал детали для нашего корабля, я его никогда не спрашивала, как и он никогда не интересовался тем, каким образом наш стрэйнджер был способен переходить на квантовую скорость, чего обычные серийные челноки нашего класса делать не умели, потому мы эту способность нашего корабля не афишировали.

Я превзошла и отца, и деда, усовершенствовав их двигатели и создав сверхмощный ускоритель, способный переносить меня в любую точку Вселенной так быстро, как не удавалось ни одному капитану межгалактического конгломерата. И в результате все самые выгодные контракты доставались нам с Хоком, поскольку мы всегда оказывались на месте первыми.

Стоит ли говорить, что с таким везением количество дрэйкеров, желающих распылить нас на атомы, росло в арифметической прогрессии? Но…У меня, благодаря Эргондо, высоко ценившему свою жизнь и хорошо помнившему, кому он ей обязан, в темном мире теперь были такие связи, что выступать против меня в открытую не решались даже маститые капитаны.

А для перестраховки я все же взяла в свою команду братьев-близнецов Стэна и Свэна, почему-то называющих друг друга «Паяльником» и «Гвоздем». Эти парни могли перечислить по памяти все виды существующего во Вселенной оружия, ни разу не ошибившись ни в дате его создания, ни в фамилии самого создателя. Но лучше всего близнецы умели из этого оружия стрелять, изрешетив корабль противника с талантом художника. Да, именно художника, потому что Гвоздь, используя личный лазерный брайан*, мог нарисовать на стене любую картину, а когда в его руки попадала плазменная пушка зумбальт, то находиться с ним рядом в боевом отсеке становилось даже страшновато.

Пятым членом нашего ахового экипажа стал Эмбер, механик от бога, повернутый на музыке и ловивший её на всех радиочастотах бескрайнего космоса. Именно его привычка без конца водить пальцем по сенсору приемника в поисках нового музыкального хита привела меня спустя семь лет после фееричного побега со свадьбы обратно домой.

Известие о смерти деда застало меня на Циркусе. Моя команда проводила там спасательную операцию, и когда, вернувшись на корабль, я услышала, что вещает включенный Эмбером сэттэр, то, как сумасшедшая, помчалась сквозь четыре сектора на Фаэртон, чтобы успеть на похороны.

Не успела…

Как в старых классических фильмах прошлых тысячелетий, кладбище заливал безжалостный дождь, и я одиноко стояла над почти свежей могилой - мокрая и прибитая, заторможенно пялясь на уже установленную вместо надгробья каменную стелу.

Тела умерших у нас давным-давно кремировали; как дед умудрился в том числе и эту традицию обойти стороной - осталось загадкой даже для меня.

Чья-то рука легла мне на плечо, напугав чуть ли не до заикания. Хорошо, что по привычке не заехала стоявшему за моей спиной мужчине в морду, иначе поверенный деда до зачтения завещания мог бы не дожить. Хотя, это я себе льщу: худой и костлявый старина Мёрдок мне почему-то всегда напоминал классического вампира из книг, и скорее я протяну ноги, мотаясь из одной галактики в другую, чем он сыграет в ящик.

- Он знал, что вы прилетите, - Мёрдок раскрыл надо мной бесполезный зонт, который мокрую с головы до ног меня больше раздражал, чем радовал. – Верил, что вам будет не все равно!

Мне было не все равно. Настолько не все равно, что мои искусанные губы начали кровоточить, а горло дико болело оттого, что я, за столько лет не позволившая себе ни малейшей слабости, пыталась проглотить ставшие поперек него комом слезы.

- Надеюсь, что вы почтите последнюю волю деда и явитесь на оглашение завещания? – Мёрдок произнес это таким тоном, что мне показалось, в случае отказа меня автоматически причислят к списку самых страшных преступников Вселенной, и гореть после этого я буду в вечном аду.

Так я и оказалась в офисе «Спаркс Гэлакси», ожидая то ли приговора, то ли милости, хотя по большому счету понимала, что второго я точно не заслуживаю.



****



Прошло семь лет, а в кабинете деда ничего не изменилось.

Ни-че-го.

Та же мебель. Канцелярский набор на столе. Бутылка недопитого «Бригги», стоимостью в несколько сотен тысяч межгалактических кредитов. Пиджак, который дед любил небрежно набрасывать на спинку стула, а потом, засунув руки в карманы брюк, подходить к стеклянной стене и молча смотреть на простирающуюся у его ног панораму. Хозяин жизни, серый кардинал, владелец целой планеты! Почти бог…

Все в кабинете стояло на своих местах, не было в нем только самого владельца империи «Спаркс Гэлакси» - высокого медноволосого мужчины с пронзительно-синими глазами…Такими же, как у меня…

Это место вызывало у меня острый приступ ностальгии и чувства вины, заставляя ощущать себя слабой. А поскольку я ни на что не рассчитывала, то убраться отсюда хотелось как можно быстрее. Единственное, что я хотела заполучить - это титановый шарик головизора, лежащий на столе. Я помню его с тех пор, как дед впервые привел меня в этот кабинет и усадил в свое кресло. Слишком о многом он мне напоминал, и я планировала его нагло стырить, как только процедура «раздачи слонов» закончится.


Пока Мёрдок монотонно брюзжал, зачитывая какие-то нудные пункты и параграфы закона, а потом составлял со свидетелями протокол вскрытия пакета с завещанием, я изображала невыносимую скуку, сложив на груди руки и прикинувшись спящей. Вернее, не опасаясь быть застуканной за этим неприличным занятием, разглядывала дражайших родственников сквозь закрытые веки. Стэнт-локатор, встроенный в мой мозг, позволял видеть с закрытым глазами и был моим личным изобретением, крайне незаменимым, когда работать приходилось в условиях абсолютной темноты.

Заметив полное отсутствие заинтересованности с моей стороны, родственники перестали на меня пялиться, переключив все внимание на поймавшего свой звездный час Мёрдока, исполнявшего свои обязанности с виртуозностью великого артиста.

Тетушка, глядя на поверенного, картинно шмыгнула носом, прижав к нему белоснежный платок из чистого сарца стоимостью как минимум в сотню кредитов. Не сомневаюсь, что её скорбь неподдельна. Конечно, кто же теперь будет платить по её счетам и поощрять низменную любовь к высокому – редкому антиквариату и драгоценностям?

Её сын Кертис нервно грыз ногти, и лицо его выражало такую безмерную печаль, что хотелось обнять кузена и заплакать. Ему тоже есть от чего расстроиться: игровые дома Фаэртона понесли тяжелую утрату. Сколько себя помню, этот идиот чаще спускал все свои деньги, чем что-нибудь выигрывал.

Горе изображали только эти двое, остальная «седьмая вода на киселе», чопорно сложив на коленях руки, молча ждала вердикта и втайне надеялась, что ей тоже перепадет хоть какой-то сладкий кусочек.

- Все движимое и недвижимое имущество, а также контрольный пакет акций «Спаркс Гэлакси», я завещаю моей внучке – Агнии Майрис Гарвер Спаркс, - Мёрдок сделал многозначительную паузу, и в мгновенно ставшей неуютной тишине взоры всех присутствующих обратились ко мне.

Ох-ре-неть!

Если бы не годы уроков по концентрации в звездном легионе, я бы, наверное, упала со стула, а так - ножки его опасно качнулись подо мной, и я осталась сидеть в полуподвешенном состоянии, но уже с открытыми глазами, наблюдая за сменой эмоций на лицах пришедших за раздачей халявы родственников.

Дед даже после смерти остался верен себе: шок – это по-нашему, и не важно, сколько окружающих при этом будут считать тебя старым говнюком.

Итак, из бесприданницы я внезапно становлюсь боевым ферзем! Заманчиво… На наживку я, конечно, клюнула, но какова цена такого невиданно-щедрого подарка? В том, что мне же за него и придется платить, я почему-то даже не сомневалась.

- При одном условии… - Сапс Мёрдок сейчас был похож на холеного удава, гипнотизировавшего глупую мартышку немигающим взглядом холодно-серых глаз.

А вот и ложка дерьма!

Я слабо улыбнулась поверенному, отчего-то даже порадовавшись в душе, что не ошиблась в деде. Упрощать жизнь он мне явно не собирался. Вопрос только в том, насколько сильно не собирался?

- Завещание вступит в силу, если в течение года Агния Майрис Гарвер Спаркс забеременеет, и тесты медицинской лаборатории «Спаркс Гэлакси» подтвердят этот факт! В противном случае все имущество, а также разработки компании, переходят в собственность межгалактического конгломерата.

Мёрдок обвел всех торжествующим взглядом, а затем остановился на мне.

Ребенок?!

Ступор был настолько сильным, что минуты три я просто сидела молча, с какой-то холодной злостью наблюдая за призрачным полетом АС-5 над столом деда.

Старый хрыч! Зачем мне ребенок??? Вот это подстава!

Интересно, как я буду смотреться с пузом в скафандре, и делают ли такие вообще?

- Агния, детка, если тебе надо заделать наследника, то я могу помочь, - расценивая мое мрачное молчание как призыв к действию, пошло улыбнулся кузен, мусоля липким взглядом мою обтянутую униформой конгломерата грудь.

Мудак!

- Я тебя огорчу, Кертис, детей пальцем не делают, - мгновенно опустила ниже некуда столь любимого мною родственника. - Так что твоя кандидатура не подходит!

Поднявшись с места, я мило улыбнулась глядящей на меня с затаенной ненавистью родне, и источающим благостное радушие тоном объявила:

- Все свободны!



Когда, гремя стульями и шаркая подошвами по безумно дорогому полу кабинета, толпа свалила и Мёрдок закрыл за ними двери, кураж лопнул, как пузырь жвачки, приклеившись к моим губам не то улыбкой, не то оскалом.

Да уж… Мой незабвенный предок знал, как меня озадачить, да так, чтобы голова после этого болела не один день. Вот она, Агни, твоя мечта: любимое дело, безграничная власть в компании, руководить которой ты мечтала с детства! Новые возможности! Тысячи уникальных звездолетов, которые ты будешь не только создавать, но лично испытывать!..

Кайф!..

С омерзительным привкусом дерьма…

Усевшись в кресло, примеряя на себя место владельца «Спаркс Гэлакси», я забрала у Мёрдока условия завещания, вгрызаясь в каждый его пункт, словно червь.

Оу… Параграф третий – никаких искусственных оплодотворений. Отец ребенка должен быть так же реален, как стол, за которым я сижу.

Дед… Мать твою, какой же ты хитрый засранец! Скажи мне, какой мужик, зная, кто я такая, заделает мне ребенка, а потом просто так отпустит? Нет, поиметь меня, пожалуй, не откажется ни один из дрэйкеров, и, наверное, даже не один раз. Впрочем, осчастливить меня материнством тоже желающие найдутся. Вот только по межгалактическим законам, отец ребенка потом потребует совместную опеку над ним и положенную ему по праву возможность видеть своё чадо до совершеннолетия еженедельно. А в случае, если докажет в суде, что я забеременела хитростью, без его согласия, то еще и отожмет у меня часть состояния! Не мой вариант…

Вопрос номер один: «Где найти мужика, от которого можно залететь по-тихому, а потом послать его с квантовым ускорением в задницу?»

Мёрдок зашуршал бумажками, отвлекая меня от идиотских размышлений. Худые кисти рук высунулись из рукавов отутюженного до стоячего состояния синего пиджака, демонстрируя кипенно-белые манжеты рубахи.

Рафинированный сноб. Господи, и где он, мать его, берет такие наряды? Эти бабочки носили тысячу лет назад первые переселенцы, приехавшие с Земли следом за колонистами!

Поймав мой взгляд и словно прочитав мои мысли, Сапс надменно провещал:

- Шьют на заказ.

- Скажите, будь вы на моем месте, согласились бы на условия завещания?

Мёрдок изумленно приподнял бровь и выпрямил спину, словно в ней застрял кусок арматуры:

- Шутите?

- Да нет, вполне серьезно, - положив ноги на стол, я отпила глоток «Бригги», лениво разглядывая ничего не выражающее лицо поверенного.

Бесконечный космос! И как дед мог пить такую дрянь? Впрочем, через секунду в груди разлилось жгучее тепло, голова странно просветлела, а во рту осталось приятное терпкое послевкусие. А ничего так…

- За такие деньги я бы трахнул даже вашу тетушку! - не меняя ни спокойствия тона, ни выражения лица, внезапно выдал Мёрдок, и я закашлялась, поперхнувшись спиртным.

- Вы серьезно? – отойдя от первоначального шока, спросила я.

- Вполне, - чопорно ответил Сапс. - Ваш дед дает вам в руки карт-бланш: любимое дело, империю, деньги, независимость и власть! И вы еще сомневаетесь?!

- Сапс, вы же знаете, дед никогда не задавал простых задач, ответ на которые лежал бы на поверхности. Я боюсь, что, согласившись с условиями завещания, я стану еще более зависимой и несвободной, чем была при его жизни, находясь под его опекой. Ни один мужчина, зная, что я наследница несметного богатства, не согласится сделать мне ребенка, не выщипав у меня при этом половину перьев. А потом станет портить мне жизнь, используя все того же ребенка!

- Неужели за столько лет вы не нашли себе мужчину, которому могли бы доверять и с кем смогли бы… - Мёрдок тактично замолчал, но взгляд его красноречивее слов передал общую суть невысказанной мысли.

- Сапс, вы вообще в курсе, чем я занимаюсь? – я посмотрела на поверенного из-под насмешливо изломленной брови и отпила спиртного. Как ни странно, гадость, которую пил дед, мне почему-то начала нравиться.

- Я навел справки.

- Даже не сомневаюсь, - развеселилась я, ожидая, что Мёрдок скажет дальше.

- Вы профессиональный дрэйкер, - менторским тоном сообщил поверенный. – Один из лучших, если судить по характеристикам конгломерата, записанным в вашем личном деле. И, если почитать в космоблогах отзывы ваших коллег… - Мердок замолчал, прочищая горло, а затем выдал: - Везучая хладнокровная стерва и наглая рыжая су… Ну, вы поняли, - закончил он.

- Я надеюсь, что и вы поняли, с кем мне приходится работать?

- Они все - мужчины! – недоуменно развел руками Сапс, намекая на то, что у меня, оказывается, есть охренеть какой выбор, а я ною и непонятно из-за чего парюсь.

- Мёрдок, они дрэйкеры, как и я! И большинство из них желает меня поиметь не потому, что я им нравлюсь, а чисто из спортивного азарта. Это такое соревнование: кто первый поставит палку Саламандре!

Сапс брезгливо скривился, не впечатлившись моим пошлым сленгом, и я расплылась в снисходительной улыбке:

- Именно так они и говорят. И если я завтра дам хоть одному из них, послезавтра все остальные будут считать, что им тоже можно! Это не профессионально! Меня перестанут воспринимать как авторитетного капитана, если каждый будет думать о том, а что же у меня там между ног!

- У вас есть ваша команда, - с заметно поубавившимся энтузиазмом заметил Мёрдок. – Неужели они тоже так к вам относятся?

- Сапс, вы издеваетесь? – разозлилась я. – Команда - это святое, семья! Это вообще все равно, что спать с братьями!

- Себя предлагать не буду, - выдержав мой холодный и злой взгляд, ехидно выдал Мёрдок.

- Я столько не выпью, - не заржавело за мной, и поверенный, внезапно широко улыбнувшись, громко вздохнул:

- И все же вам стоит что-то придумать, мисс Агния. Несправедливо будет, если все это, - обвел взглядом помещение мужчина, - достанется конгломерату.

Он был прав: от одной мысли, что напыщенные упыри из консорциума объединенных галактик вот так легко получат то, из-за чего погибли мои родители, меня корежило, как обшивку пиккера* во время метеоритного дождя.

- Я подумаю. Время у меня еще есть! – поднявшись с места, я поставила бутылку на стол и вернула Мёрдоку завещание. Шарик головизора давно и незаметно перекочевал в мой карман, а потому не видела смысла находиться в кабинете деда дальше.

- И когда вы сообщите всем о своем решении? – нервно бросил в мою удаляющуюся спину Сапс.

- О, - ухмыльнулась я. – Обещаю, вы узнаете об этом первым!



Глава 2



- Классная штуковина! Где нарыла?

Вместе с вошедшим в рубку Хоком, в неё влетел сногсшибательный запах свежезаваренного кофе, и я, блаженно щурясь, вытянулась в капитанском кресле, как кошка, принимая из рук друга испускающую ленивую струйку пара сейк-капсулу*.

Обожаю кофе! И этот бодрящий запах размышлений, неспешности и уюта. Без него я по утрам действительно рыжая злобная стерва.

Удивительно, кто бы мог подумать, что напиток землян не просто приживется во Вселенной, а станет их главным сырьем для экспорта и основным доходом.

Густую кисловато-горькую жидкость на некоторых планетах приравнивают почти к наркоте, настолько необычно действует на его обитателей аромат кофе. А по сути, запах, в образовании которого участвует около 800 веществ, является продуктом обычной химической реакции между сахарами и аминокислотами, происходящей при нагревании. Потрясающе!

Хок наклонился над приборной панелью, разглядывая установленный на ней шарик головизора. Палец моего штурмана на несколько секунд завис в воздухе, а потом проткнул предаваемую картинку аккурат в районе взлета АС-5.

- Ха, неубиваемый стрэйнджер, - заржал этот придурок, когда корабль вновь взлетел над куполом «Спаркс Гэлакси».

- Какой прототип, такой и стрэйнджер, - отпив кофе, усмехнулась я.

- Не понял? – задница Хока нашла приют на панели рядом с шариком-проектором, и теперь, когда он сидел в центре голограммы, создавалось впечатление, что стрэйнджер влетает ему в ухо.

- Его назвали в мою честь, - спихнув ногой Хока в сторону, кивнула на призрачный АС-5. – Агния Спаркс, - сейчас, когда деда не было в живых, смысла в том, чтобы скрывать перед другом, кто я такая - не было никакого.

Хок мелодично свистнул и, усевшись в свое кресло рядом, сложил на груди руки, приготовившись внимательно меня слушать. Я молчала, и ему, надоев изображать из себя соплю в невесомости, стало скучно.

- Нет, я не понял! То есть у тебя конфеток* немерено, а я для твоих антигравитационных усилителей запчасти по всей Вселенной тырю? Где справедливость в жизни? И какого хрена ты вообще в легион пошла, с такой-то родословной?

- Родословную хотела подпортить. И нет у меня конфеток немерено. Ну… - поморщилась я. – Пока нет. Слушай, Хок, а что бы ты сделал, если бы я тебе сказала, что хочу от тебя ребенка?

Хок замер с открытым ртом, и тонкий диод, который он держал в зубах вместо соломинки, мгновенно свалился ему за пазуху.

Нет, я, конечно, зря его вот так в лоб спросила, но Эмбер точно бы подумал, что я его троллю, и даже наушники бы не снял, чтобы ответить. Гвоздь бы меня за такое пристрелил. Паяльник вдогонку пристрелил бы еще раз. А Хок - единственный из всех, кого я могла разобрать, как тэш-блок* по запчастям, а потом с закрытыми глазами собрать снова. Даже если мой вопрос покажется ему совсем уж идиотским, никому из команды он рассказывать об этом не станет, а я хотя бы узнаю, какова настоящая реакция мужчин на столь пикантное предложение.

- Тебе честно? – взгляд Хока как-то очень медленно и заинтересованно заскользил по моим ногам, поднялся выше, задержался на груди, и улыбка мужчины стала откровенно неприличной.

- Ну, для того и спросила, - мрачно ответила я, уже догадываясь, что ничего хорошего не услышу.

- Для начала… - вытащив из моих рук капсулу с кофе, Хок на секунду навис надо мной, а затем, наклонившись, жарко шепнул на ухо: - Я бы тебя отымел во всех позах. Потом полетел бы с тобой куда-нибудь на Ципру*, на недельку, закрылся бы с тобой в каком-нибудь шикарном номере, и отымел бы тебя с удовольствием еще много-много раз. Опять же во всех самых неприличных позах. А потом… потом сказал бы, что я ещё не готов стать отцом, детка!

- Понятно. Свободен! – отобрав свой кофе, поднялась с места и, подойдя к дисплею бортового компьютера на стене, стала просматривать список вывешенных в базе заказов.

- А ты зачем спросила? – лениво проследовав за мной, Хок встал рядом, скалясь, словно побывал у дантиста.

- Да так, хотела проверить, все мужики говнюки, или ты особенный, - быстро листая сенсор, буркнула я, понимая, что Хок, в принципе, не сказал мне ничего неожиданного. Искать мужика в своих кругах для той подставы, что подкинул мне дед, все равно, что забыть включить защитное поле при переходе на квантовую скорость. Размажет тонким слоем по всем приборным панелям.

- Я особенный, малыш! - обиженно выпятил вперед нижнюю губу Хок. – А что, ответ был неверным? Дай мне вторую попытку!

- Пошел в черную дыру! – завуалированно послала друга в задницу я, проставляя напротив заинтересовавшего меня заказа галочку. – Собирай всех и передай Эмберу, чтобы заводил двигатели. Мы летим вытаскивать сына консула Элонги с Проксигерры, там началась заваруха.

- Сколько платят? – поинтересовался Хок, быстро двигаясь к микрофону, а заодно по дороге передвигая навигационные тумблеры.

- Две тонны «конфет».*

- Отлично, детка, нам как раз нужно купить Гвоздю новую лазерную наводку, а Эмбер ныл, что пора поменять магниты в движках. А еще я нам с тобой такой сервак присмотрел – закачаешься! И на обратном пути завернем в Бэйкер-Хорт, там выставка новых скафандров. Говорят, что MBC собираются выбросить на рынок какую-то «бомбу».

Вот за что я люблю своих парней, так это за то, что деньги, которые мы зарабатываем, рискуя жизнью, они не спускают на всякое дерьмо, а вкладывают в наш общий бизнес. Мало кто из дрэйкеров может похвастаться таким стрэйнджером, как у нас. Эмбер ласково называет наш челнок куколкой, и в его машинном отсеке можно протирать рабочие узлы в белых перчатках, не опасаясь запачкаться.

- Морковка! – ввалившийся в рубку Стэн поднял меня с пола одной рукой, по-братски чмокнув в макушку. – Чей зад мы будем спасать на этот раз?

Двухметровый, похожий на перекачанный кусок скалы, этот увалень всегда вызывал у меня добрую улыбку. Вот и сейчас, когда Гвоздь, бережно усадив меня в капитанское кресло, перегнулся через мое плечо, чтобы «всунуть свой нос» в детали предстоящей операции, я не выдержала и рассмеялась:

- Ты как грокх*, хорошую драку спинным мозгом чуешь! Успокойся, будет тебе, где развернуться. Клиент находится в эпицентре противостояния двух противоборствующих сил – повстанцев и законного правительства планеты. Знакомься, наш заказ – Дэкс Ронгин.

Гвоздь скривился, кисло разглядывая возникшее на дисплее лицо худого очкарика:

- Какого лакса* этого задохлика понесло на Проксигерру? Там с головой никогда не дружили.

- Сын консула искал там материалы для своей дипломной работы. Он палеонтолог. А на Проксигерре находится самый крупный и хорошо сохранившийся плезиополитопный ориктоценоз, - подмигнула я весело улыбающемуся Хоку.

- Чего там находится? – оттопырил челюсть Гвоздь.

- Хорошо сохранившиеся экскременты ископаемых зверушек, - весело заржал Хок.

Стэн брезгливо сплюнул и, выругавшись, что вечно я подбираю в космосе всякое дерьмо, грохнулся в свое кресло, защелкнув фиксаторы.

- Эмбер, что у нас там? – мои ладони опустились на глюферы* почти в унисон с ладонями Хока, и в груди шевельнулось знакомое чувство куража в преддверии полета.

- Двигатели к запуску готовы, - послышался из динамиков голос механика. – Все модули в норме. Защитные поля включены.

- Ну что, мальчики, полетаем? – улыбнулась я, двигая рычаги квантовых ускорителей.

Приборная панель замигала сотней разноцветных огоньков, компьютер на лобовом стекле отобразил красную сетку карты вселенной, и телу передалась знакомая вибрация включившихся двигателей.

Кто-то любит смотреть, как серое небо плачет дождем. Кто-то захлебывается в благоговейном восторге, наблюдая за догорающим на кромке дня закатом. Для меня же нет ничего лучше этого мгновения, когда свет перед глазами сужается до ослепительной белой точки и стрэйнджер, совершая скачок, уносит меня в бескрайний космос.

Вселенная…

Непознанная. Необъятная. Бесконечная.

Кто мы в ней?

Звездная пыль? Песчинки?

А может быть, мы и есть та самая логическая составляющая Вселенной, без которой все в ней теряет свой смысл, потому что именно нас творец наделил разумом, способным понять и разгадать её тайны, и именно нам подарил душу, умеющую любить каждый её бесконечный виток?



****



Стрэйнджер вышел на орбиту Проксигерры через несколько часов. Пока близнецы наводили лазерные установки, перетаскивали в пиккер снаряжение и оружие, мы с Хоком ломали защиту спутников планеты, подключаясь ко всем каналам их связи.

- Покажи квадрат объекта и наложи на карту района, - я настроила картинку на своем флэтпаде и замерла в ожидании помощи напарника.

На экране возникло серое изображение сетки города, видимого со спутника, и по мере приближения камеры стала понятна расстановка противоборствующих сил и общая картина военных действий. Чахлому ботанику, похоже, по жизни сильно «везло», потому что занесло его в самый эпицентр боя. Отель, в котором этот любитель ископаемой древности остановился, находился как раз на линии огня, и согласиться вытащить его оттуда могли только такие отчаянные придурки, как мы.

- Агни, а может, лупанем по ним с двух сторон из всех установок, потом быстро спустимся на крышу, прихватим очкарика и пиккернем обратно? – как всегда радикально подошел к решению проблемы Свэн, закончивший сборы и вошедший в рубку.

- Паяльник, не канифоль мне мозг, а то дам в ухо! - застегивая телепортационные браслеты и рассовывая по рабл-слотам бронекостюма оружие и боеприпасы, фыркнула я. – Я спускаюсь вниз со Стэном, а ты остаешься прикрывать нас сверху. Если мы откроем огонь по силам конфедерации, префекты Проксигерры подадут на нас жалобу в межгалактическую лигу. Тебе рассказать, что будет дальше? Сначала нас лишат лицензии, а потом посадят, когда докажут, что мы превысили допустимый уровень полномочий.

- Пусть сначала нас вычислят, - набычился Свэн.

- Вычислят! – похлопав Паяльника по груди, сдвинула его с дороги.

- Думаешь?

- Всегда! И тебе советую.

Паяльник злобно фыркнул, а я продолжила:

- Спутники Проксгерры связаны с межгалактической базой. Так что мы уже засветились. А ко всему прочему, наша команда официально приняла заказ, и конгломерат в курсе, где мы сейчас находимся.

Свэн, скорчив зверскую рожу, помаршировал в боевой отсек, а я застегнула шлем и включила переговорное устройство.

- Хок, найди, где находятся ближайшие к нужному квадрату телепортеры.

- Агни, они не подключены к общей системе. Я не смогу их перенастроить, - вяло выдал друг.

- Я перенастрою, - взломать код телепортера для меня вообще проблемой никогда не было. – Мы с Гвоздем спустимся вниз на пиккере, там его и оставим, а с клиентом вернемся через телепорт.

- Опять пиккер новый покупать? – мгновенно стал возмущаться мой скряга-штурман. – От тебя одни убытки! Мы этот только месяц назад купили, после того, что ты угробила.

- Не скули, я его застраховала. Лучше сбрось мне план отеля и зафиксируй маячок. Где там наш динозавр обитает?

- Девяносто четвертый этаж, левое крыло, комната девять четыре десять. Лифты заблокированы.

Гвоздь, скрестивший на груди руки и обтирающий спиной стенку, мелодично свистнул, а в моем богатом лексиконе по этому случаю нашлась одна нецензурщина.

- Ближайший телепорт в двух кварталах, на подземной стоянке склиперов, и там засели повстанцы, - окончательно добил меня Хок, подло растянув губы в улыбке, – но, детка, когда тебя останавливали такие мелочи?

Действительно. Там, где нормальные люди обычно испытывали страх, я ловила кайф. Чем опаснее была игра, тем больше адреналина выбрасывалось в мою кровь, заставляя тело работать на пределе своих возможностей. Что-то во мне явно было не так, ибо мне нравилась такая жизнь! Мне нравилось ходить по лезвию ножа и висеть над бездной, и на этом будоражащем ощущении опасности, ползущем электрическими разрядами по окончаниям моих нервов, я сидела, как наркоман на дозе.

- Гвоздь, ползи в пиккер, мы вылетаем! Хок, покажи мне вид девяносто четвертого этажа со спутника.

Штурман картинно закатил глаза, понимая, что жить пиккеру осталось максимум двадцать минут, и я нашла резонный довод в свое оправдание:

- Ну не оставлять же его целым этим уродам?

- Вали давай, быстрее начнем - быстрее закончим, - полетело мне вдогонку, а затем панель переборки закрылась за моей спиной, отрезая от центрального отсека.



Спустя пятнадцать минут мы со Стэном летели над городом, выжимая из пиккера максимум скорости, поэтому когда он протаранил здание отеля в районе девяносто четвертого этажа, думаю, никто внизу даже не понял, что это был не боеприпас, а спасательная капсула.

Пиккер снес несколько десятков перегородок, остановившись в коридоре - аккурат напротив двери с номером девять тысяч четыреста десять.

- Приехали, - оскалился Гвоздь, выбивая ногами смятую и оттого заклинившую дверь капсулы.

Где-то наверху оглушительно грохнуло, стены тряхнуло, и с потолка посыпалась штукатурка. Судя по всему, в здание палили повстанцы, поскольку через минуту с крыши, в ответ на их удар, загремели зенитные выстрелы.

Не став ждать, когда очередной снаряд попадет в наш этаж, Стэн вынес плечом дверь номера и, ввалившись внутрь, вскинул винтовку. Зрелище оказалось еще то: все окна были выбиты трассирующими снарядами пулемета, а пол усыпан мусором и осколками. На вид номер был совершенно пустым.

- Дэкс? – прикрывая спины друг друга, мы со Стэном стали двигаться вдоль стен, не замечая никаких признаков присутствия рядом кого-то живого.

- Дэкс Ронгин! – гаркнул Гвоздь. – Нас прислал твой отец!

Ответом послужила тишина, поэтому, включив рацию, я попросила Хока посмотреть, где находится маячок, встроенный в часы сына консула.

- Вы стоите прямо перед ним, - тут же донеслось из микрофона.

Стэн сначала угрюмо уставился на огромный зеленый диван перед собой, а потом, подняв его рывком одной руки - на лежащего под ним очкарика, вожделенно прижимающего к тощей груди рюкзак.

- Дэкс? – вид у задохлика был такой перепуганный, что мне даже троллить его не захотелось. – Почему не отзывался?

- Не убивайте меня! – завопил этот идиот, и Гвоздь, схватив его за шкирку, мгновенно поставил на ноги, вытащив из рук рюкзак.

- Я понесу, - бережно отряхнув очкарика от пыли, доброжелательно оскалился Стэн. – И тебя тоже понесу, - забрасывая сына консула на плечо, почти ласково сообщил он.

- Осторожней! Там окаменелые останки мекзодерикса! – вцепившись в свой рюкзак, как в первую в жизни бабу, заорал очкарик.

Гвоздь, брезгливо передернувшись, мгновенно сбросил с себя и его, и сумку, заявив, что экскременты, хоть и окаменелые, он таскать на себе не нанимался даже за большие деньги.

- Надень на него бронекостюм, - приказала я ворчащему Стэну. - Не хватало, чтобы его по дороге грохнули.

Пока напарник возился с сыном консула, я, достав флэтпад, просмотрела все возможные пути отступления, спросив у Хока, на каком этаже заблокирован лифт.

- Сотый, - ответил друг, - Из шахты есть выход на нулевой этаж, а оттуда - технический проход в соседнее здание. Агни, - произнес Хок, уже понимая, что я собираюсь сделать, и явно изо всех сил сдерживая смех. – Ты главное очкарика первым спускай, а то потом можете с Гвоздем не отмыться.

В наушниках послышался дружный ржач Эмбера и Свэна, в ответ на который Гвоздь поднял вверх кулак, сердито сотрясая им воздух.

- Уходим, - не обращая на зубоскалов внимания, я подала знак Стэну, задвинув ему за спину сына консула. – Идешь за ним шаг в шаг, если не хочешь, чтобы с окаменевшими останками мекзодерикса мы привезли твоему папаше совсем свежие твои.

Дэкс Ронгин в бронекостюме и защитном шлеме выглядел, как глист в скафандре, но каким бы смешным этот чудик ни казался - дураком он не был и жизнь явно тоже любил. Многих клиентов из-за истерики или панического страха моей команде приходилось вытаскивать из передряг на своей спине. Дэкс шел сам. Трясся, правда, как переборки на взлете, но выполнял все мои указания. Наверное, стоило поспорить на очкарика со своими парнями. Я точно сорвала бы куш, потому что, спускаясь со мной в шахту лифта на лонгдаке* с девяносто четвертого этажа, Дэкс не только не обделался, но даже не пикнул, хотя полагаю, что второе - скорее от страха.

Когда мы выбрались на улицу, там шел нешуточный бой. Пройти сквозь перекрестный шквал огня на соседнюю улицу было просто нереально, поэтому пришлось просить Свэна расчистить с воздуха квадрат парализующим снарядом на пять минут.

Этого нам хватило, чтобы выбраться из мясорубки и пробежать до конца квартала. А дальше свою любимую работу начал делать Гвоздь, не оставляя повстанцам даже шанса. Надо было видеть их рожи в тот момент, когда мы ворвались на подземную стоянку, и Стэн, рявкнув: «Ребята, вы не заплатили за парковку!» стал лупить по ним из брайана.

С телепортером я провозилась не больше минуты, естественно, отправив на стрэйнджер сначала Дэкса, а уж потом, маякнув, чтобы закруглялся, прикрывающему нас Стэну, и саму себя.

Спустя мгновение, следом за нами из кабины телепорта вышел Гвоздь, светящееся счастьем лицо которого говорило красноречивее любых слов о том, что лично для него прогулка удалась.

- Ну что, очкарик, дерьмо свое окаменевшее не потерял? – отстегивая страховочные ремни и стаскивая с себя снаряжение, подмигнул Дэксу мужчина.

Сын консула скорее потерял бы свои штаны, чем рюкзак, к которому он словно приклеился. Прижимая его к груди и таращась удивленным взглядом по сторонам, Дэкс стоял посреди отсека, вызывая у нас со Стэном добрые улыбки.

Все-таки все ученые были немного не от мира сего. Хотя, если посмотреть трезво – нашу пятерку нормальными назвать тоже можно было с очень большой натяжкой.



Стрэйнджер внезапно знатно тряхнуло, красные датчики тревоги замигали по всем стенам, и наша тройка, оторвавшись от пола, стала медленно подниматься вверх под мерзопакостный звук включившейся сирены.

- Твою мать, Эмбер, какого хрена? – заорал в микрофоны Хок.

- Агни, у нас на хвосте линкор конфедератов! - в голосе механика звучали непривычно тревожные ноты. - Они попали в гравитационный блок!

Конченые вояки! Похоже, нас приняли за помощников повстанцев. Кретины! А спросить слабо?

- Гвоздь, быстро плыви к Свэну, - вытолкнув мужчину из отсека, я ухватила Дэкса за шкирку, двигаясь с ним на капитанский мостик. – Мальчики, вырубите союзникам правый движок, чтобы не могли догнать, и наводку сбейте вместе со спесью, - приказала я близнецам.

Чертежи любого звездолета конфедерации мои ребята знали не хуже меня, а потому из строя выводили их качественно и быстро, и в случае разборок предъявить нам было нечего, поскольку мы всегда действовали в рамках необходимой самообороны.

Противоударное поле нашего стрэйнджера сотрясали десятки светящихся трассеров, когда я, добравшись до рубки, пристегнула к соседнему креслу очкарика, а затем уселась на свое насиженное капитанское место.

- Эмбер, каковы повреждения? - датчики глюферов были активированы, и теперь мы с Хоком ждали только приговора нашего механика, от ответа которого зависело, на какой скорости мы будем отсюда линять.

- Агни, не критические, но усилители включать нельзя. Поле не выдержит.

- Мы на световой до Танг[и]рры дотянем?

- Да, - уверенно заявил Эмбер. – Но болтать будет сильно.

- Потерпим. Заводи!

- Эй, как тебя там? – Хок, откинувшись на спинку своего кресла, позвал Дэкса.

Лицо парня приобрело загадочный зеленоватый оттенок, а руки его намертво вцепились в подлокотники, кажется, забыв даже про вожделенный рюкзак.

- Обблюешь рубку – заставлю вылизать её языком! - пригрозил очкарику Хок, проигнорировав мой недовольный взгляд.

Сын консула понятливо кивнул, позеленев еще сильнее. И какая комета мне попала в задницу, когда я подрядилась его спасать?

- Дэкс, дыши глубже, - посоветовала задохлику. - Глубокий вдох носом, немного задержи дыхание, после чего медленно выдохни через рот. И думай о своем ориктоценозе!

Пацан наконец вспомнил о своем ископаемом барахле, и пока стрэйнджер разгонялся, набирая скорость, все его внимание было сосредоточенно именно на нем.

Эмбер оказался прав: трясло нас нехило. К хорошему ведь привыкаешь быстро. И я, избалованная удобством и высоким классом своего стрэйнджера, успела привыкнуть к комфорту, поэтому чувствовала себя сидящей на вулкане, пока мы не добрались до орбиты Тангирры.

Эта планета была раем и спасительным оазисом для капитанов и их звездолетов. Здесь находились самые лучшие ремонтные доки конгломерата, салоны запчастей на любой вкус и цвет, тысячи роботов-техников к твоим услугам, а также масса злачных мест, где ожидающие окончания ремонта своих кораблей пилоты могли расслабиться и отдохнуть.

Для меня Тангирра была не просто перевалочным пунктом в космосе. Я прилетала сюда при каждой удобной возможности не только для того, чтобы подлатать нашу с парнями «куколку». Здесь жила моя единственная подруга Зарта – владелица ночного стрип-клуба, поощряющая и понимающая мою страстную любовь к пилону. Тренировочная комната рядом с её роскошным лофтом всегда была к моим услугам, и я могла не опасаться, что кому-то из дрэйкеров однажды станет известна моя маленькая тайна. Зарта умела хранить мои секреты, впрочем, как и я хранила её.



Глава 3



Космопорт Тангирры почти мгновенно принял наш сигнал, и диспетчеры, указав нам координаты ремонтного дока, разрешили приземлиться.

Дэкс, до этого момента сидевший тихо, как мышь, вдруг подал голос:

- А вы за хорошие деньги на любую планету можете полететь?

Я недоуменно посмотрела на Хока, Хок на меня.

- За очень хорошие деньги, - сладко улыбнулся мой штурман, – мы можем тебя даже на экскурсию к черной дыре свозить.

Ну, это он, конечно, загнул. Гравитационное притяжение черной дыры настолько велико, что покинуть её не могут даже объекты, движущиеся со скоростью света, в том числе кванты самого света. Перспектива полететь и не вернуться обратно никого из нас не устраивала. Мы хоть и рисковали жизнью каждый день, но почти всегда оправданно.

- Отлично, - воодушевился очкарик. – Вы-то мне и нужны!

Хок перестал скалиться и изумленно приподнял правую бровь.

- Понимаете, - маниакально сверкая глазами начал Дэкс. - В галактике Подсолнух есть планета Виз[а]р…

- О, нет! - открещиваясь, вытянул вперед ладони Хок, понимая, что понадобилось сыну консула на одной из самых опасных планет во Вселенной. – Давай мы тебя сначала целого и невредимого передадим твоему папаше!

- Вы не представляете, каким открытием в палеонтологии могут стать привезенные оттуда образцы, - не обратив внимания на слова Хока, разгоряченно продолжил Дэкс.

- Слушай, Агни, - донесся из микрофона веселый смех Эмбера. – А нам случайно в команду шестой фрик не нужен? А то этот как раз подходит по всем параметрам.

Не засмеяться в ответ было просто невозможно - чокнутый Дэкс Ронгин действительно чем-то напоминал нас самих.

- Вы подумайте, - не понимая причины нашего веселья, не унимался задохлик. – Я хорошо заплачу. У меня есть отложенные на этот случай сбережения, - поведал он нам страшную тайну, вызвав у всех очередной приступ смеха.

- И много ты на завтраках сэкономил? – подмигнул ему Хок.

- Четыре миллиона, - сообщил Дэкс.

В микрофонах мгновенно стало тихо, а у Хока челюсть съехала набок.

- Мы подумаем, - испугавшись, что мой жадюга-штурман сейчас согласится, вклинилась в разговор я. – Но для начала ты поговоришь со своим отцом.

Сквозь лобовое стекло стрэйнджера было видно, как на входе в ангар появился консул Элонги, окруженный толпой телохранителей, и, собираясь сбагрить чиновнику его геморройное чадо как можно быстрее, я демонстративно указала на него Дэксу пальцем.

Папу пацан, видимо, все-таки боялся и уважал, потому что после моих слов: «Все на выход!» он снова позеленел, вцепившись в свой рюкзак, и Хоку пришлось ненавязчиво тащить это чудо к платформе спуска.

Чего я не ожидала, так это того, что пока мы со Стэном вытаскивали Дэкса из отеля, Хок успел связаться с консулом и набить нам цену.



- Деньги перечислены на ваш счет, капитан Паркер, - по-деловому сообщил консул, как только мы сошли с борта и поравнялись с его окружением. – Я прибавил к оговоренной ранее сумме компенсацию за уничтоженный в ходе операции пиккер.

Изобразив любезную улыбку, я кивнула мужчине, тайком показав за спиной Хоку кулак. Изначально оговоренную с клиентом оплату я никогда не поднимала – это был принцип, и мне категорически не нравилось, когда моими принципами кто-то пренебрегал, а потому друга ожидала хорошая взбучка.

- Это лишнее, консул. Я верну вам деньги за пиккер. Я предполагала, что могу лишиться части своего оборудования, когда соглашалась на предложенную вами сумму.

- Прошу вас, - прижимая к себе сына, взмолился консул. – Это самое меньшее, чем я могу отблагодарить вас за моего Дэкси! Он все, что у меня осталось после смерти жены. Если не хотите брать денег, примите от меня в подарок новую капсулу.

У Хока было такое умоляюще-просительное выражение лица, что я, сокрушенно покачав головой, согласилась.

- И держите своего сына подальше от Виз[а]ра, - напоследок попросила консула.

Мужчина сначала недоуменно расширил глаза, а затем, видимо, догадавшись, откуда растут корни моей просьбы, энергично закивал головой:

- Спасибо, капитан Паркер. Я ваш должник.

Консул в должниках меня более чем устраивал. Вселенная при всей её необъятности была таким тесным местом, что рано или поздно дороги всех её обитателей где-нибудь, да пересекались.

- Агни, не злись, - затянул Хок, как только консул и его сын исчезли из поля зрения. – Я не просил у него денег, просто пожаловался на то, что новая капсула разбилась.

- На этом стрэйнджере пока еще я капитан! – раздраженно ткнув в грудь Хока пальцем, сообщила я. – И я сделала себе имя благодаря тому, что была всегда предельно честна со своими клиентами!

- Вонючий лакс, Агни, - Хок нервно запустил в светлые волосы пятерню, буравя меня пронзительным взглядом синих глаз. – Я хотел как лучше. Пока нам вернут деньги по страховке - пройдет время, а капсула нам нужна уже сегодня. К тому же корабль поврежден, и неизвестно, во сколько нам выльется его ремонт…

- Хок! – холодно прервав пылкую тираду друга, я окатила его суровым взглядом. – Это последний раз, когда тебе прощается подобное. Не смей опускать меня до уровня попрошайки! Еще одна такая выходка - и пойдешь искать себе другого капитана и другой стрэйнджер.

- Извини, - Хок тяжело выдохнул, а потом криво усмехнулся: – Черт, Агни, иногда я даже не знаю, кто из нас больше мужчина - ты или я.

- А ты будь всегда мужчиной, и точно не перепутаешь! – хлопнул его по плечу молчаливо следивший за нашей перепалкой Свэн.

- Да…облажался ты, Хок, - трагично изрек Гвоздь.

- По самые магнитные усилители! - вставил свою ремарку вышедший из челнока Эмбер, покачивая головой в такт звучащей у него в наушниках музыке.

Хок сиротливо застыл на площадке с видом ходячего покойника, и я, не выдержав, улыбнулась, уж больно уморительная у него была морда. И потом, долго сердиться на этого паразита у меня все равно никогда не получалось, но если ему хоть раз дать спуск, то дисциплине конец.

- Хватит дурака валять, – шикнула на парней я, обойдя по кругу стрэйнджер и разглядывая дырки в обшивке. – Повреждения пустяковые. Сами справимся. Переодеваемся в робы и приступаем к ремонту. Ты помощников вызвал? – поинтересовалась я у Эмбера.

- А то! - пританцовывая, парень указательными пальцами обеих рук показал направление, и, оглянувшись, я увидела приближающихся к нам дронов и роботов-манипуляторов.

Свой челнок мы почти всегда ремонтировали сами. Это тоже был принцип и необходимая мера предосторожности. Ни к чему, чтобы кто-то задавал лишние вопросы, обнаружив наши усилители.

Спустя час мы заменили поврежденные блоки и восстановили работу системы, и оставалось только спаять термодронами обшивку, а потом загнать стрэйнджер в специальную камеру для восстановления неодимового покрытия, как на горизонте появился Киф Бэрнс.

Терпеть его не могла еще со времен легиона. Самомнение выше потолка, а на деле – пустое место. А его попытки подбить под меня клинья вообще откровенно раздражали.

- Кого я вижу? Саламандра! - лениво двигаясь в нашу сторону, изрек Бэрнс. – Я смотрю, вас здорово причесали! Помочь?

Засунуть нос в машинные блоки нашего корабля пытался не один дрэйкер, и такие поползновения я отсекала быстро и резко.

- Киф, себе помоги! От твоего стрэйнджера воняет лаксом так, как будто он обделался в космосе со страха, а ты забыл поменять ему подгузник! Ты б его помыл, что ли, для приличия.

Бэрнс застыл с занесенной для шага ногой, и выражение его лица кардинально поменяло градус любезности. Развернувшись, он что-то буркнул себе под нос, и я, точно зная, что сейчас он обозвал меня сукой, бросила ему в спину:

- Еще какая!

Дрэйкер недоуменно оглянулся, кажется, решив, что либо я читаю его мысли, либо у меня фантастический слух.

- Морковка, ты бы не издевалась над парнем понапрасну. Это, знаешь ли, сильно бьет по самолюбию, - добродушно подмигнул мне Стэн. – А Киф к тебе клеится уже четвертый год.

- По самолюбию его должно бить то, что у него звездолет похож на корыто с дерьмом, а не моё параллельное отношение к его небритой роже.

- Правильно, детка! – выключил сварочник Эмбер, поднявшись на крыше звездолета в полный рост. – У кого нет порядка в вещах, нет его и в голове. Нам с такими не по пути!

Потянувшись, разминая руки, он внезапно застыл в той позе, в которой стоял, громко присвистнув:

- Ух ты, мать моя! И такие тоже ломаются? Вы только посмотрите!

Не сговариваясь, мы все поднялись на манипуляторах наверх, и когда Эмбер указал рукой направление, вытянули шеи, разглядывая чудо-звездолет, стоящий через несколько посадочных полос от нас.

- Это корабль проктэррианцев, - завистливо протянула я, восхищаясь потрясающей формой звездолета.

Внешне таинственная раса закрытой планеты мало чем отличалась от человеческой, а вот их технологии - просто разительно. Никто не знал, как устроены их двигатели и на чем летают их корабли, но угнаться за ними было просто невозможно.

- Что он здесь делает? – удивился Гвоздь. – Не припомню, чтобы проктэррианцы зависали на Тангирре.

- Я пару раз видела. Слышала, что они заключали сделку с местным правительством. Так что вполне возможно, что и этот прибыл по делам.

- Эх, заглянуть бы внутрь, - посокрушался Эмбер, глядя на корабль.

- Да, я бы тоже не отказалась, - улыбнулась я. – Ладно, хватит мозолить глаза о чужую посудину - со своей бы разобраться.

- Да тут осталось всего ничего, - кивнул Хок. – Ты, небось, к Зарте намылилась? Иди, мы без тебя закончим.

- Серьезно?

- Серьезно. Я, как провинившийся, пытаюсь загладить свою вину, - развел руками мужчина, и я, послав ему воздушный поцелуй, стала стягивать с себя спецовку.

- Не напивайся! - назидательно полетело мне вслед от моих парней, когда, прихватив флэтпад, я добралась до выхода из ангара. И хотя пьяной меня никто из них не видел ни разу, стандартная фраза всегда озвучивалась, то ли демонстрируя горячую заботу мальчиков о моем здоровье, то ли давая им повод чувствовать себя моими старшими братьями.

Взяв напрокат склипер, я добралась до клуба всего за полчаса, радуясь, что в такое время здесь было почти пусто. Грандиозная тусовка начиналась только с наступлением темноты, и тогда количество знающих меня в лицо дрэйкеров на один квадратный метр просто зашкаливало, поэтому вместо того, чтобы выпить чего-нибудь легкого и расслабиться, ни о чем не думая, приходилось общаться с десятками малознакомых мужиков, выслушивая их проблемы и байки.



****



В просторном полупустом зале негромко играла музыка. Искусственное освещение пока заменял льющийся сквозь круглые окна в потолке рассеянными пучками свет, делая обстановку заведения спокойной и уютно домашней. Бармен, начищающий за стойкой бокалы, заметив меня, приветственно поднял руку, а потом нажал на потайную кнопку под столом, вызывая Зарту.

Подруга появилась на лестнице, ведущей со второго этажа, спустя пару секунд, сияя белоснежной улыбкой и вызывая у меня искреннее восхищение своей отличной формой.

В свои сорок семь хозяйка элитного клуба выглядела совершенно потрясающе: длинные подтянутые ноги, точеная фигура, идеальная укладка и гладкая смуглая кожа. Я не дала бы ей и тридцати, не знай, сколько лет ей на самом деле.

- Привет, мой ангелочек! – грациозные руки сомкнулись у меня за спиной, заключая в нежные объятья, и в воздухе повис флер тонких, с легкой горчинкой, духов подруги. – Почему не сообщила, что приедешь, я бы приготовилась?

Зарта годилась мне в матери и, видимо, таковой её любовь ко мне и была: скорее материнской, чем дружеской. Здесь меня всегда ждали, баловали, кормили чем-то вкусным и расспрашивали обо всем на свете.

Дочь Зарты умерла в возрасте всего трёх лет - во столько же я потеряла своих родителей. Наверное, именно это совпадение и сблизило нас с хозяйкой звездного клуба, очень осторожной и мало кого пускающей в свою личную жизнь.

Познакомились мы с ней совершенно случайно, когда наш экипаж помогал конфедерации эвакуировать пассажиров из потерпевшего крушение вояджера. Зарту я вытащила из-под обломков за несколько минут до взрыва. Уже никто не рисковал приблизиться к готовому взлететь на воздух кораблю, а я слышала её крики о помощи и понимала, что нет ничего ужасней погибнуть вот так – погребенным под кучей искореженного металла, когда в нескольких шагах от тебя находится помощь и равнодушно ожидает твоего конца.

С тех пор Зарта зовет меня своим ангелочком, а я… Я просто её люблю и благодарю создателя за то, что дал возможность её спасти.



- Я и сама не ожидала, что сегодня окажусь на Тангирре. Нас немного потрепали, вынуждены были встать на ремонт.

Лицо Зарты мгновенно встревожено нахмурилось:

- Детка, и зачем тебе все это нужно? Ты опять взялась за самое опасное задание?

- Кто-то же должен браться и за такие, - улыбнулась я, усаживаясь за дальний столик. – Тебе ли не знать?

Зарта безысходно вздохнула, устроившись напротив, и небрежно махнула официанту рукой, приказывая, чтобы принес нам что-нибудь выпить.

- Ты успела на похороны деда? – поинтересовалась она.

- Нет, - я уткнулась взглядом в стол. – Зато попала на зачтение завещания. Если честно - лучше бы не попадала...

- Не расстраивайся так. Тебе достанется мой клуб, если устанешь гонять по Вселенной и захочешь спокойной жизни, - думая, что причина моей печали в том, что меня обделили деньгами, сжала мою ладонь Зарта. Я только покачала головой.

- Я не хочу спокойной жизни, Зарта. Я хочу летать, хочу строить и испытывать звездные корабли. Вот только цена у моей мечты довольно необычная… Ребенок!

Женщина недоуменно приподняла брови:

- Какой еще ребенок?

- Самый обыкновенный! Зарта, дед оставил мне все свое состояние. Всё! Я единственная наследница миллиардов Эрни Спаркса! Правда, с небольшой оговоркой... По условиям завещания я получу империю деда только в том случае, если в течение года забеременею.

Глаза женщины удивленно полезли на лоб, а потом она начала безудержно хохотать.

- Кажется, твой дед знал тебя как облупленную. Видимо, только так тебя и можно остановить! Иначе ты до старости будешь носиться со своими безумными парнями по галактикам в поисках приключений.

- Не смешно, - не разделяя веселья подруги, фыркнула я. – Что я буду делать с ребенком?

Зарта перестала смеяться и тепло улыбнулась:

- Любить! Детей нужно любить, ангелочек. Или у тебя с этим проблемы?

- С этим проблем нет, - со вздохом произнесла я. – Проблема только в том, чтобы найти отца ребенка.

Зарта поперхнулась соком, а затем раскинула руки, обводя окружающее пространство взглядом. Мужчин в это время в клубе было не много, но они были.

- Выбирай любого!

- Смеешься? Да меня здесь каждый встречный знает! К тому же мне в довесок к младенцу еще один, великовозрастный, не нужен, а искусственное оплодотворение условиями завещания запрещается. Мне бы найти какого-нибудь озабоченного простофилю на одну ночь. Чтобы без фантазии: сделал дело - и свалил, не обещав вернуться.

- Вон, гляди, - ткнула пальцем в мужика у барной стойки Зарта. – Первый раз его здесь вижу. Да и на вид вроде ничего. Не подойдет? – лукаво улыбнулась она.

На стуле перед барменом сидел молодой парень моего возраста: среднего роста, крепкий, темноволосый, довольно симпатичный, и хотя одежда на нем была гражданская, я зуб готова была отдать за то, что это дрэйкер. Не знаю, почему так показалось, наверное, слишком долго среди них вращаюсь, а может, как говорится в старинной поговорке, «рыбак рыбака»…

- Это дрэйкер.

- И что? – невозмутимо уточнила Зарта.

- А то, что если я сегодня с ним пересплю - завтра на всех частотах будут трубить имя героя, уложившего Саламандру на обе лопатки. А уж что начнется, если просочится инфа, что я от него забеременела… Да я от него до конца своих дней не отвяжусь!

- С чего ты взяла, что это дрэйкер? – разглядывая парня более пристально, не поверила мне Зарта.

- Спорим?

Вытащив из кармана флэтпад, чтобы включить программу-перехватчик, я таинственно подмигнула подруге и направилась к стойке, по пути стащив с волос резинку и игриво растрепав свою рыжую шевелюру.

Добравшись до бармена, я громко заказала у него выпивку, а потом присела рядом с незнакомцем, рассчитывая привлечь этим его внимание. Моя уловка сработала безошибочно: через секунду брюнет заинтересованно косился в мою сторону, рассеянно прокручивая по столешнице стакан.

- Привет! – резко развернувшись, я поймала на себе удивленно-восторженный взгляд карих глаз парня и, отсалютовав ему бокалом, произнесла: - Я тебя здесь раньше никогда не видела.

- Я на Тангирре впервые, - очаровательно улыбнулся брюнет.

- Дрэйкер?

- Нет, я работаю торговым агентом, - парень смущенно опустил голову, заглянув в свой стакан и, наверное, если бы он этого не сделал, я бы повелась.

Его выдали руки. Те самые, в которых он так энергично вертел свой недопитый стакан виски. След от ожога раскаленной спиралью лазерного коннектора нельзя было перепутать ни с каким другим. У Эмбера на ладонях таких были десятки.

Парень, что сидел передо мной, был механиком, а вот зачем он пытался от меня это скрыть, я надеялась очень скоро узнать.

- А вы здесь часто бываете? - вопрос брюнета был совершенно невинным, но я уже поняла, почему он прозвучал.

- Часто, - улыбнулась я, позволяя мужчине брать инициативу в свои руки.

- Тогда, может, подскажете, где поблизости можно вкусно и хорошо поесть? Здесь, оказывается, продают только выпивку, а я голоден как зверь.

Вау! Здесь, оказывается, продают только выпивку! А ты такой слепой, что не заметил на входе яркую кричащую вывеску - ночной клуб «Падающая звезда», и десятиметровую неоновую танцовщицу на пилоне над ней? Прости, друг, но ты явно сюда пришел не за тем, чтобы пожрать.

- Конечно, подскажу, - я была сама кротость и любезность. Видел бы меня сейчас Стэн, свалился бы под стойку! – В двух кварталах отсюда есть чудесный ресторан на обзорной площадке. Там потрясающая межгалактическая кухня, способная удовлетворить запросы самых требовательных гурманов.

- Я совершенно непритязателен в еде, - поскромничал мужчина. – Правда, не очень люблю есть в одиночестве.

О, ну вот с этого надо было и начинать. Что ж ты так долго-то заводился?

- Да, я тоже не люблю, - беззаботно отхлебнув коктейль, улыбнулась парню. – Когда обедаешь в публичных местах в одиночестве, всегда возникает неловкое чувство, будто на тебя все смотрят.

- Вот-вот! – радостно подхватил мужчина. – И с вами тоже так? У меня аппетит от этого пропадает.

Да-да, а по-моему, он у тебя сейчас чересчур разыгрался.

- А вы не голодны? – задал мне вопрос в лоб мужчина, явно смелея от того, какими поощрительными взглядами я его одаривала. – Я подумал, что мы могли бы перекусить вместе. Если вы, конечно, не против? Я угощаю! – поспешно добавил он.

- Да, было бы неплохо.

- Я Кит, - протянул мне руку для знакомства парень. – Кит Линфер.

- А я Пэм. Пэм Митч!

Ответив на рукопожатие парня, я не без удовольствия отметила проскользнувшее в его глазах удивление. Значит, точно знает, кто я такая.

- Ну так что, пойдем отсюда? - воодушевленно поднялся с места Кит.

- Подожди меня здесь, я только попрощаюсь с подругой, - улыбнулась ему я, направляясь к Зарте.

Включив свой флэтпад, я с улыбкой прочитала перехваченное сообщение Кита, отосланное какому-то Вингу.

{ …«Винг, ты не поверишь, кого я только что склеил! Саму Саламандру!»}

В ответ мгновенно прилетело короткое: {«Не звезди!»}

{ …«Да магнетар мне в печень, если я вру! Приходи через полчаса на смотровую площадку в «Цефеиду», увидишь собственными глазами, как я укатаю её на ночь.»}

Смело! Если бы я сама все это не затеяла, месть моя была бы жестокой, а так - я всего лишь весело ухмыльнулась, поражаясь наивности мужика, и бросила на стол ожидающей меня Зарте свой аппарат.

- Ты проиграла! – подмигнула я подруге.

Прочитав переписку, она иронично покачала головой, а потом и вовсе махнула на меня рукой.

- Пойдем наверх, - миролюбиво попросила я. – Ты ведь знаешь, что у меня уже руки зудят от нетерпения.

- Может, сначала все же поешь? - с теплотой во взгляде поинтересовалась Зарта. - Я заказала нам обед.

- Кто же танцует на полный желудок? – я обняла подругу, настойчиво увлекая за собой.

Больше недели я болталась в космосе, кочуя с одной планеты на другую. Я хотела расслабиться и отдохнуть, и плевать, что мой вид отдыха некоторым может показаться немного странным, ведь только в танце у меня получается выразить то, что чувствую, потому что, сбрасывая с себя толстую шкуру крутой дрэйкерши, я становлюсь самой собой: просто женщиной - Агнией Майрис Гарвер Спаркс.



****



- Эй, Пэм, ты куда? – недоуменно окликнул меня Кит, когда мы с Зартой, продефилировав мимо него, стали подниматься по лестнице. – Пэм! – парень поднялся со стула, буравя меня пристальным взглядом.

- Ты меня? – удивленно приподняв бровь, я изобразила на лице такое искреннее изумление, что Кит даже растерялся.

– Ну да, - стушевался он. – А кого еще?

- Извини, парень, ты, видимо, меня с кем-то перепутал, - с сожалением развела руками я. - Меня зовут Агни.

- Ты из меня что, дурака решила сделать? - начиная понимать, что что-то идет не по плану, занервничал Кит.

С языка так и просилась сорваться какая-то язвительная гадость, и я не удержалась:

- Я? Из тебя? Зачем? Малыш, природа давно это сделала за меня! Катать будешь себе шары, а не Саламандру. И береги печень, Кит. Еще одного магнетара она точно не выдержит.

Бармен опустил голову, пряча расползающуюся из углов губ улыбку, а Кит ошалело открыл рот, а потом засунул в карман руку, видимо, чтобы проверить наличие в нем своего флэтпада.

- Нол, - небрежно подмигнула я уже вовсю улыбающемуся бармену. – Угости механика за мой счет! День у него сегодня, похоже, не задался.

- Ты невыносима, - тихо фыркнула Зарта, утаскивая меня наверх от греха подальше. – Так ты до старости себе мужика не найдешь. Твоя беда, ангелочек, в том, что ты слишком независима. Мужчины не любят сильных женщин!

- А я не люблю слабых и глупых мужчин.

- Возможно, они не казались бы тебе такими откровенно жалкими, если бы ты дала им хотя бы мизерный шанс.

- Я же не виновата, что мне не встретился ни один достойный кандидат, которому можно бы было дать такой шанс.

- Да ты даже не пробовала! – возмутилась Зарта.

Пробовала. Но эту историю знали только Хок и мои погибшие друзья из звездного легиона.

Это был дурацкий спор на перевалочной станции «Обертон», перед тем, как нас отвезли на Псифию, откуда вернулось меньше половины призыва. Парень, что мне нравился, был старшим в одной из десяток. Его звали Шоном. Не знаю, что именно меня привлекло, ведь на вид ничего примечательно и необычного в нем не было: крепкое здоровое тело, руки-ноги как у всех мужиков, приятное открытое лицо, ясный взгляд… Вел он, правда, себя иначе, чем большинство легионеров. Чувствовался в нем какой-то мощный и основательный стержень. Шон никогда ни перед кем не хвастался, не трепался почем зря, и если что-то делал, то придраться к результату было невозможно. Наверное, это в нем и подкупало. Мне нравилась его немногословность, уверенное спокойствие и слегка ироничная улыбка, которой он неизменно одаривал дураков. Мне доставалась такая же, когда, пытаясь попасться ему на глаза, я совершала очередную глупость. А я делала их много, ровно до той памятной ночи…

На станции, перед перелетом, мы с ребятами играли в видж*, и поскольку денег у нас не было, в случае проигрыша мы задавали друг другу совершенно идиотские задания, а потом ржали полночи, как кони, приводя их в исполнение.

Когда пришел мой черед, кто-то из ребят глупо пошутил, приказав мне отправиться в каюту к Шону и предложить ему переспать со мной. Они были уверены, что я не пойду. И я бы действительно не пошла, если бы Линджи не сказала: «Спорим, он выставит её за двери через две минуты?».

Зря. Нельзя было брать меня на «слабо»!

Я рассчитывала продержаться там минут пять, чтобы не проиграть, а в результате задержалась на ночь, память о которой я до сих пор храню в своем сердце, вместе с образом Шона, который на следующий день не вернулся с задания.



Глава 4



Я уже успела размяться у станка и подойти к пилону, когда Зарта вошла в тренировочный зал. И скорее её присутствие я почувствовала кожей, чем услышала шорох шагов.

Она всегда приходила посмотреть на мой танец – с тех пор, как застала меня возле пилона впервые. Никогда не видела себя со стороны, но думаю, посмотреть действительно есть на что, раз после моего первого выступления Зарта сказала, что будь она мужиком, заплатила бы любые деньги за приватный танец со мной.

Она знала, о чем говорит. Танцовщицы из её клуба частенько зарабатывали таким образом неплохие дивиденды: сначала весь вечер развлекали в клубе посетителей, а потом, если были желающие заплатить за приватный танец с ними, уединялись в специальных комнатах. Нет, заведение Зарты ни в коем случае не было борделем. Девочки здесь были чистые, без закидонов и с головой дружили. А приват всегда был просто танцем – танцем для тех, кто готов был много за него заплатить.

Другое дело, что мужчины, желая получить больше, шли на хитрость, и тогда это уже был выбор и воля самой танцовщицы: дать клиенту то, что он хотел, или отказать. И хотя девушки в основном отказывали, интим все же иногда случался. Причины были разные: одной срочно нужны были деньги на лечение матери; другой просто понравился мужик, за которого она впоследствии вышла замуж; а третья так и вовсе, как потом оказалось, танцевала приват для своего парня.

Моим единственным восторженным зрителем всегда была Зарта, а поскольку смотрела она на меня с чисто профессиональной стороны, то сомнений в непредвзятости её слов у меня никогда не возникало. Если она говорила, что я богиня пилона – то, вероятно, так оно и было. Привычка все доводить до совершенства жила у меня в крови и досталась мне от деда. И не важно, что это было: танец, полет или спасательная операция – я должна быть лучшей.

- Станцуй для меня «Небо над Тангиррой», - Зарта уселась на диван и поджала под себя ноги, лукаво глядя на меня исподлобья.

Мой выпускной этюд назывался «Небо над Фаэртоном», но подруга переименовала его по-своему – наверное, потому, что видела в моем танце что-то свое, а я на неё за это никогда не обижалась.

Для меня танец и небо были чем-то родственным, понятным только мне одной. Небо всегда было разным, тем и манило меня к себе. Свинцовое перед дождем, бездонно-топкое в жаркий полдень и тревожно-черное во время грозы, оно одинаково завораживало мой взгляд. И, танцуя на пилоне, я тоже была стихией - я падала вниз каплями дождя, взмывала в пируэте вверх легкокрылой птицей, била на поражение, как молния, отточенной грацией своих движений, а потом растворялась тающим туманом в редеющем сумраке утра. В танце я была такой же загадочной и непостижимой, как небо.

- У тебя талант, - мягко улыбнулась Зарта, когда я закончила. – Ты могла бы стать известной танцовщицей, а не мотаться по Вселенной, рискуя жизнью!

- Если бы я была танцовщицей, кто вытащил бы тебя из-под обломков вояджера? Да и какой прок от танцев? Пилон - это так, для души…

- Проку нет, говоришь?.. – Зарта внезапно прищурилась, каким-то нездорово-неприличным взглядом разглядывая мое тело, а учитывая, что я танцевала в топе и шортах, стало даже немного не по себе.

- Ты чего?

Подруга проигнорировала вопрос и, поднявшись с места, стала обходить меня по кругу, окончательно сбив с толку.

- Кажется, я придумала, как найти тебе мужика! – глаза Зарты лихорадочно заблестели, а на лице появилось опасное выражение упрямой решимости, грозящее мне какой-то жуткой аферой.

Если Зарта что-то вбивала себе в голову, то могла атаковать меня с настойчивостью зумбальта, и пока я, сдаваясь, не поднимала лапки, она с меня не слезала.

- И что ты уже придумала? – я уже начинала жалеть, что обо всем ей рассказала.

- Ты станцуешь сегодня ночью в клубе на пилоне! – выдала подруга, вызвав у меня настойчивое желание покрутить ей пальцем у виска. - Ночью здесь будут сотни мужиков!

- И в чем прикол? – поинтересовалась я. – Чтобы сотни мужиков узнали, что Саламандра танцует на шесте?

- Да нет, - Зарта небрежно махнула рукой, не заметив сквозящего в моем тоне сарказма. – В том-то и дело, что никто из них тебя не должен узнать! Я заявлю тебя как приехавшую в клуб известную звезду. Ты просто станцуешь для публики, а когда она начнет бросать деньги и требовать стриптиза в твоем исполнении, я и объявлю, что стриптиз сможет увидеть только тот, кто закажет с тобой приват!

Нет, у меня даже в голове такое не укладывалось! Станцевать для большой аудитории, конечно, не было проблемой, а вот дальше…

- Зарта, ты спятила? И как ты себе это представляешь? А потом, как меня можно не узнать с этим? – я схватила рукой вьющуюся рыжую прядь, подняв её высоко вверх.

- Да это все ерунда, ангелочек! – блеск в глазах подруги стал еще более алчным. - Ты отстала от жизни! Волосы мы тебе выпрямим и перекрасим за несколько минут, цвет глаз изменим с помощью линз, лицо скроем маской, а тело покроем автозагаром. Я тебя так замаскирую, что ты сама себя не узнаешь! А уж тем, кто привык видеть тебя в ботинках и робе, и в голову не придет подобная мысль!

- Нет… это глупо, - я категорически отказывалась участвовать в подобной затее. – Ну хорошо, предположим, что я станцую сначала в клубе. Допустим, что кто-то даже закажет со мной приват…

- Даже? Кто-то? – вытаращилась на меня Зарта. – Да они все выстроятся в очередь!

- Ужас! И зачем мне очередь из голодных мужиков? – схватив полотенце, я пошагала в душ, желая побыстрее отделаться от Зарты.

- Затем, что среди них можно выбрать достойного претендента на роль папаши для твоего ребенка! – выдала очередной перл подруга.

- Замечательно! – отмахнулась от неё я. – То есть они выстроятся в шеренгу, а я с видом придирчивого покупателя стану ходить и заглядывать им в зубы и штаны, дабы выбрать экземпляр поколоритнее и поздоровее? Бред!

- Не будешь ты никого выбирать, - улыбнулась Зарта. – Я его сама для тебя выберу. Ты ведь доверяешь моему вкусу?

- Зарта, это плохая идея!

- Это замечательная идея! – не прониклась моим скепсисом подруга. – Тебе нужен мужик и ребенок от него! Где ты его будешь искать, если завтра опять улетишь выполнять очередное задание? Ты месяцами мотаешься из одного конца Вселенной в другой, и времени остановиться у тебя как не было, так и не будет! А это шанс!

- Да какой шанс? С чего ты взяла, что во время привата клиент захочет интима со мной? И вообще… я не смогу! Я же не шлюха какая-то, чтобы вот так - с незнакомым мужиком…

- А тебя никто и не заставляет быть шлюхой, - фыркнула Зарта. – Шлюхи делают это за деньги, и без вариантов. А у тебя есть выбор: не понравится мужик - ты просто развернешься и уйдешь.

- Все равно бред! – стянув с себя одежду, я шагнула под струи воды, желая смыть с себя пот и странное ощущение чего-то будоражащего, оставшегося на мне после слов Зарты.

- Вовсе не бред! – прислонилась спиной к стене Зарта, бесцеремонно ворвавшаяся за мной следом в ванную комнату следом. - Ты же сама хотела найти кого-то, кто бы сделал дело и исчез. Это идеальный вариант! Он не знает тебя. Ты не знаешь его. Ему и в голову не придет, что его на самом деле используют!

Внутри меня остро шевельнулось сомнение. В словах Зарты был резон. Кому могло прийти в голову, что под маской танцовщицы скрывается дрэйкер, к тому же желающий забеременеть от случайной связи? План, наверное, был хорош, только звучал совершенно дико и, скорее всего, таковым и являлся. А потом, чего я совершенно не знала - так это готова ли я была ради наследства пойти на такой отчаянный шаг. Во всей этой истории было одно большое «но» - ребенок. Ребенок – это было очень серьезно. При всей моей бесшабашности, я понимала, что дети - это огромная ответственность. Это не запчасть к звездолету, о которой можно на время забыть, положив на полку, а потом, когда понадобится, стереть пыль и взять. Безусловно, при том баснословном состоянии, что я получу, нанять для ребенка целый штат нянек - не проблема, вот только выросшая без родителей сама, я такого своему ребенку не желала.

- Я не знаю, Зарта… - выключив воду, я завернулась в полотенце, посмотрев на подругу совершенно растерянно и беспомощно. – Дети - это серьезно. Я не готова.

- А когда ты будешь готова, твою компанию и все деньги заберет себе конгломерат! Твой дед прав. С таким образом жизни у тебя никогда не будет ни семьи, ни детей, а так появится кто-то, ради кого ты будешь жить и кому сможешь оставить в наследство семейное дело. Если ты боишься, что не справишься с ребенком одна, так у тебя есть я! Я помогу.

- Оу, - протянула я. – Так и скажи, что тебе охота понянчиться с внуками!

- Если серьезно, - обезоруживающе улыбнулась Зарта, – это было бы замечательно! А представляешь, если у тебя родится девочка? Такая же рыженькая и шустренькая, как ты!

Я усмехнулась. Да, наверное, девочка - это действительно было бы хорошо. И все равно, что-то внутри неприятно скребло и перевешивало чашу сомнений в сторону несогласия.

- Да ты хотя бы попробуй! – видя мои внутренние метания, стала напирать на меня Зарта. – Ты всегда можешь сказать «нет» и отказаться. Давай я изменю твою внешность, а ты просто посмотришь и решишь, что будешь делать дальше?

- Ну, я не знаю… - договорить мне просто не дали. Схватив за руку, Зарта потащила меня в студию и, усадив на диван, стала сносить на стол какие-то коробки, сундучки, тюбики и одной ей известно какую еще хрень.

Не знаю, как женщинам могут нравиться такие процедуры, но то, что делала со мной Зарта, было похоже на двухчасовую пытку! Сначала меня с ног до головы обмазали липкой вонючкой, после чего я стала похожа на сладкую ириску, в смысле пахло от меня натурально карамелькой, да и по цвету я от неё мало чем теперь отличалась. Затем в мои мокрые волосы подруга втерла какую-то прозрачную субстанцию и надела на голову круглую колбу, внутри которой что-то мерно жужжало и светилось мягким синим светом. Издевательства над моей головой Зарте показалось мало, и пока я не могла пошевелить даже шеей, руки мои засунули в очередное жужжаще-светящееся безобразие, предварительно обработав сомнительного вида гадостью.

Когда через десять минут Зарта выключила аппарат, в котором находились мои руки, я едва не задохнулась от ужаса. У меня на пальцах красовались длинные красные ногти! Да какие ногти? Такими лопатами можно было с легкостью шурупы в блоках закручивать вместо отверток!

- Это что? – потрясая кошмарным маникюром со стразиками, взвыла я.

- Ангелочек, это ухоженные женские руки, - засовывая теперь уже пальцы моих ног в светящийся аппарат, просветила меня Зарта. – У Саламандры таких ногтей не может быть априори, разве не так? – лукаво посмотрела на меня снизу вверх она.

- Да я повырывала бы их с мясом при первой же спасательной операции!

- Вот! – кивнула мне, как неразумному ребенку, Зарта. – Одни твои ногти способны отвести от тебя любое подозрение, а уж когда ты увидишь свои волосы!..

- А что с моими волосами? - в горле нехорошо пересохло, и по спине мягкими лапками прогулялся неприятный холодок.

- Потерпи немного. Я еще не добилась нужного оттенка.

Честно? Уже было даже не тревожно, а откровенно страшно! А когда я увидела тот самый нужный оттенок - натурально взвыла:

- Ты что наделала?!

На меня из зеркала смотрела загорелая платиновая блондинка с ровными, как солома, волосами, алыми губами и подведенными темными тенями глазами. Куда делись мои рыжие-бесстыжие кудри? И кто вообще эта тетка, в которую меня превратили? Мать моя! Как я на корабль в таком-то виде вернусь? Меня ж ребята на него не пустят!

- Я теперь сделаем вот так, - Зарта наклонилась, что-то вытащив из небольшой коробки, и, встав за моей спиной, прижала к моему лицу ладони. Она отошла в сторону, разглядывая полученный результат, а я завороженно уставилась в зеркало, не узнавая в нем своего лица. Тонкое черное кружево прилипло к нему, как вторая кожа, и закрывало его от носа до самого лба, делая таинственным и чужим.

- Это маска из спангса, - пояснила Зарта. – Даже если захочешь, просто так не снимешь. Можешь не волноваться, что потеряешь её во время танца.

Я не волновалась. Я пребывала в шоке. И чем дольше на себя смотрела, тем сильнее удивлялась. Оказывается, человека можно действительно изменить до неузнаваемости с помощью каких-то незамысловатых манипуляций.

- Слушай, Зарта, меня же в таком виде свои не узнают! Как я к себе на стрэйнджер вернусь?

- Как же ты безнадежна, ангелочек! – рассмеялась Зарта. – Весь твой антураж убирается за двадцать минут.

- За сколько?! – недоверчиво открыла рот я.

- Ну, если не будешь торопиться, то максимум за полчаса. Загар и макияж смываются, цвет волос восстанавливается, ногти отрезаются и обесцвечиваются. Еще вопросы есть?

Вопросов не было. Слов тоже. Я просто разглядывала новую себя, пытаясь найти с прежней Агнией хоть какое-то сходство.

- Думаю, это будет тебе в самый раз! – Зарта, порывшись в закромах своей гардеробной, выудила оттуда что-то бежевое, и с улыбкой мугавра с планеты Глокс направилась в мою сторону. – Я танцевала в нем, когда мне было столько же, сколько тебе сейчас.

- Эй, мы договаривались, что я просто посмотрю на изменившуюся себя со стороны!

Мое возмущение пропустили мимо ушей, всунув мне в руки танцевальный костюм.

- Вот оденешься, и посмотришь на себя во всей красе! – проворковала Зарта, стаскивая с меня полотенце.

Костюм состоял из высоких шорт и топа на тонких бретельках, перекрещивающихся на спине. Если смотреть близко, то украшенная россыпью сверкающих камней стрейчевая ткань костюма была плотной и совершенно непрозрачной, но если взглянуть на меня в этом наряде издалека, создавалось впечатление, что я совершенно голая, потому что цвет ткани сливался с цветом тела.

Очевидно, именно этого эффекта Зарта и добивалась, нанося на мою кожу загар.

- Не хочешь попробовать что-нибудь исполнить? – кивнула она в сторону пилона

Я повернула голову, разглядывая свое отражение в настенных зеркалах.

- Зарта, я, конечно, понимаю, что меня в таком виде даже дед бы не узнал, что уже говорить о посторонних, но, по-моему, танец - это плохая идея. Может, я лучше с кем-то познакомлюсь в баре?

- Ты туда в маске пойдешь? – улыбнулась подруга.

- Могу очки надеть, - заметила я.

- А в постель ты тоже в очках полезешь? Если хорошо присмотреться, твое лицо - это все же твое лицо, Агни.

Вот про постель она зря сказала. Стрелка спидометра настроения резко съехала до нуля. Постель, если честно, я себе плохо представляла. И того, ради кого я туда залезу, тоже.

- Нет, это все не для меня. Я не смогу…

- Эй, ангелочек, ты что, боишься? – удивление подруги было таким искренним, что у меня и мысли не возникло, будто она меня подначивает. – Правда боишься?

- Не боюсь, - сердито буркнула я. – У меня… У меня просто не слишком много опыта в таких делах. Я… я, наверное, стесняюсь! – наконец нервно призналась я. – Я не сплю каждый день с кем попало! Так понятно?

- Понятно, - тепло рассмеялась Зарта, - Это тоже поправимо.

Я, не очень понимая, о чем она говорит, вытаращилась на подругу, а Зарта с ловкостью фокусника выудила из шкафчика пузатый темный флакон и двинулась на меня.

- Это вытяжка из желез внутренней секреции квиксера, - взболтнув бутылку, подмигнула мне она. – Эти животные крам напролет занимаются размножением, отвлекаясь только на еду и естественные потребности.

У меня, мягко говоря, отвалилась челюсть:

- Ты что, меня наркотой какой-то накачать решила?

- Дурочка, - обиделась подруга. – Эту штуку я даю своим девочкам, если они нервничают перед выступлением. Препарат обладает уникальным действием - просто убирает все внутренние запреты из твоей головы, включая только инстинкты и обостряя чувства. Никакого побочного эффекта, полный контроль над тем, что ты делаешь и говоришь. И кстати, одна капля на полстакана воды раскрепощает, а три, насколько я знаю, женщины добавляют, когда хотят забеременеть. Как раз твой вариант.

- У меня такое чувство, что ты готовилась к этому моменту, - подозрительно прищурилась я. – А ты, часом, не спелась с моим дедом? Сколько он тебе за это заплатил?

Зарта растерянно хлопнула глазами, улыбка мгновенно съехала с её лица, и вместо неё на нем появилось такое выражение обиды, что мне стало ужасно стыдно.

С видом оскорбленной королевы подруга молча развернулась и пошагала в сторону кухонного блока.

- Извини, я не хотела… - промямлила я, наблюдая за тем, как она гремит тарелками и расставляет на столе еду. – Зарта, прости меня, - я попыталась обнять подругу, но она мягко высвободилась из моих объятий, по-прежнему не желая со мной разговаривать.

- Садись есть, - наконец выдавила из себя она, не поднимая на меня глаз.

- Я дура, - со стоном выдохнула я. – Ну извини меня! Пожалуйста! Ну хочешь, я пойду и весь вечер буду танцевать ради тебя на этом проклятом пилоне?

- Ради меня не надо, - набрала себе в тарелку салат Зарта и вяло ковырнула его вилкой. – Я помочь хотела. Но, видимо, не делай добро - не получишь плевок в душу.

- Зарта, извини. Я нервничаю и оттого несу неизвестно что. Все слишком быстро и неожиданно: завещание это, ребенок, ты с этим переодеванием… Ты мне даже подумать не дала.

- Тебе вредно думать! – зло огрызнулась подруга. – И так слишком умная! Двадцать семь скоро, а у тебя ни парня, ни дома! Мотаешься, как звездная пыль по Вселенной, и думаешь, что так и надо! Ты до старости дрэйкером работать собираешься? Я с ума схожу, когда в новостях читаю, что погиб очередной спасательный экипаж!

Если честно, я никогда не задумывалась над тем, что чувствует и как относится к моей работе Зарта. Её слова стали для меня откровением. Никто, кроме деда, не любил и не переживал за меня вот так.

- Я люблю тебя, - поднявшись с места, я обогнула стол и повисла на шее у подруги. – Прости! Ты права. Во всем права. И это… где там твоя супервозбудительная гадость? Так и быть – выпью, и пойду всех нафиг как возбужу!

Зарта громко шмыгнула носом, а я, усмехнувшись, прижалась к её щеке своей:

- Знаешь, ты еще бóльшая авантюристка, чем я. Мне бы такое и в голову не пришло.

- Так я живу дольше, чем ты, - буркнула она.

- Мне бы и через двадцать лет такое в голову не пришло.

- Значит, не такая ты и умная, - неожиданно заявила подруга, а потом крепко-крепко меня обняла, и мы стали весело смеяться.



Конец ознакомительного фрагмента



Copyright © 2016-2018 | Cнежная Александра | Все права защищены
E-mail: author@snezhnaya-aleksandra.ru