Выстрел на поражение

Выстрел на поражение


Шарлотта Ривз - законченный скептик и с прагматичным цинизмом смотрит на жизнь. Она не верит в чудеса, не верит в счастье и не верит мужчинам. Её жизнь – работа, а единственная любовь – «Брайан» седьмого калибра. Оружие, которое никогда ей не лжёт, никогда не подводит, и не даёт пустых обещаний. Она ничего не ждёт от судьбы и давно ничего у неё не просит.

Корабль её жизни планирует выбранным курсом и сворачивать с него не собирается – так думала она ровно до того момента, пока его не поразил точным выстрелом лучший межгалактический снайпер Стэнли Стэнфорд по прозвищу Гвоздь.


Выстрел на поражение




ГЛАВА 1



Сияя серебристым корпусом и проблесковыми огнями посадочных маяков, стрэйнджер опустился в закрытом космопорту службы межгалактического контроля, непривычно людном для такого времени суток.

Довольно потягиваясь в кресле, Стэн отщёлкнул ремни безопасности и, отдавая последние распоряжения механикам, улыбнулся ошалело глядящему на бортовой компьютер Войсу.

Три часа двадцать одна минута семь секунд, – отследив время пребывания в космосе на приборной панели, выдохнул парень. – Фантастика! Добраться из одной галактики в другую всего за три часа, не используя межпространственные порты – это просто фантастика!

Салага, это не фантастика, это «Torn» – боевой стрэйнджер нового поколения. И вам сильно повезло, что Сал решила облагодетельствовать вашу контору после истории с Хоком и подарить ей рейдеры такого высокого класса.

А почему звездолёту дали такое странное название – шип?

Шип? – Стэн скорчил жуткую рожу, в сердцах забористо помянув Торна, по вине которого он, собственно, и оказался на Юккаре. – Командор Райдэк, в честь которого назвали стрэйнджер, не шип, а самый настоящий осиновый кол в заднице! Радуйся, что учить вас прилетел я, а не он. Иначе военный устав ты цитировал бы без запинки, даже если бы тебя пьяного разбудили среди ночи. Ну, и о бабах на весь период испытаний пришлось бы забыть, ибо женщинам в космосе не место!

Вообще-то у нас в корпусе третья часть офицерского состава – женщины, – осторожно заметил Войс. – Хотите сказать, что их вы даже не станете рассматривать в качестве возможных членов команды?

Лично я против женщин ничего не имею, – Стэн расплылся в улыбке, мельком взглянув на пиликнувший флэтпад. На экране высветился зелёный гуманоидный смайлик с высунутым языком, и следом за ним прилетело жизнеутверждающее от Сал: «Блюю с самого утра. Не вздумай напомнить мне о завтраке. Как долетел?»

День начинался радостно, потому как измученная токсикозом Агни сейчас точно выносила кому-то мозг, и этот «кто-то» был точно не Стэн.

Уткнувшись в аппарат, он быстро набрал ответку, точно зная, что Морковка не успокоится, пока её не получит.

Приземлился. Встречают, как президента галактики. Но очкую выйти. Кажется, придётся отстреливаться от поклонников.

Нужна будет помощь – зови. Мне сейчас очень хочется кого-то грохнуть!

Грохни Райдэка! Из-за него у тебя токсикоз, а у меня головная боль.

Спустя секунду на экран выпрыгнули хохочущие смайлики и не менее весёлое:

Извини, Райдэка не могу. Он единственный, рядом с кем мой токсикоз проходит. И я его люблю.

А меня? Морковка, а как же я?

А ты – старый солдат, твоё сердце – кремень, слова любви ему не нужны…

Зараза рыжая! Что там у тебя на завтрак?

С-сволочь…

Ф лэтпад выплюнул блюющих смайликов и под весёлый хохот Стэна затих.


Полковник Стэнфорд, платформа готова к спуску! Ждут только Вас,– вошедший в рубку капитан выпрямился перед Стэном по струнке, слегка понизив ему градус настроения. К этому дурацкому званию, что превращал его из лучшего дрэйкерского наводчика в какую-то штабную крысу, Гвоздь так и не привык. Но что поделать, если главным конструкторам военных заводов звёздочки прилагались в нагрузку, а Стэн, теперь входящий в совет директоров корпорации «Спаркс Гэлакси», был одним из них. И этот факт тоже являлся одной из причин, по которым Стэнли Стэнфорд согласился лететь на Юккару, чтобы подготовить команду инструкторов, кои впоследствии будут учить кадетов СМК* управлять стрэйнджерами поколения « Torn ».

Стэн с братом вот уже третий год занимались разработкой бортовых орудий для звездолётов Агни, а изобретатель лучших во вселенной пушек и обожаемого им и Свэном лазерного «Брайана» родился, жил и творил именно на Юккаре. Здесь был музей, в котором хранились первые экспериментальные образцы его автоматов, лазерных винтовок, чертежи созданных им установок и легенда о том, что перед смертью великий Боб Брайан создал что-то фантастическое – оружие нового поколения, революционную инновацию, способную поднять уровень современной боевой техники на совершенно новую ступень. Испугавшись последствий, которые повлечёт его создание, гений уничтожил все свои разработки по этому проекту. Но поклонники Боба, разбросанные по всей Вселенной, до сих пор не верят, что он не оставил никаких следов и зацепок, а потому все ещё фанатично ищут след «Фантома», последнего и самого загадочного изобретения гения.

Будучи юным сопляком, Стэн тоже верил, что чертежи «Фантома» отыщет именно он и по ним создаст пушку, которая сделает его знаменитым. Сейчас это воспоминание вызывало снисходительную улыбку и лёгкую грусть по тому времени, когда он был молод, горяч и наивен. С тех пор Стэн научился не только разбираться в любом виде оружия и умело им пользоваться, но и видеть недочёты в его механизмах. И это было намного интереснее, чем просто из него стрелять.

За сотню подаренных законникам Сал стрэйнджеров и добровольное «рабство» Стэна, то бишь контракт, по которому он полгода собирался батрачить на СМК, ему обещали показать все обнаруженные после смерти Боба в его доме бумаги, эскизы и наброски – те, которые правительство планеты спрятало подгрифом секретности.

Что Стэн собирался там найти, он и сам толком не знал. Но для него это было, как прикоснуться к святая святых. Дотронуться рукой до энергетики мэтра, поймать его волну и ощутить тот дух искателя, который является движущей силой во Вселенной.

Скажи кто-то вслух, что двухметровая глыба Стэнли Стэнфорд по прозвищу Гвоздь – мечтатель и романтик, чудака бы, наверное, засмеяли и забросали лаксом. Но как бы смешно это ни звучало, Стэн действительно верил в чудеса. Наверное, потому, что за свою долгую и успешную карьеру он сам не раз заставлял в них верить даже тех, кто уже ни на что не надеялся.


Посадочная платформа стрэйнджера замерла в миллиметре от поверхности синтебетона космопорта, спустив Стэнфорда на землю Юккары. Делегированная встречать его толпа штатских и вояк слаженной колонной двинулась Стэну навстречу, вызывая стойкое желание схватиться за «Брайан».

Изображать из себя важную шишку мужчина не умел, а лепить понты не собирался. Бывшему дрэйкеру намного проще и понятнее были не галантные расшаркивания и зубоскальство, а прямой откровенный разговор, да и трепаться Стэн особо не любил, предпочитая болтовне настоящее дело.

Добро пожаловать на Юккару, полковник Стэнфорд! Штаб СМК рад вас приветствовать! Как долетели?

Командующий штабом генерал Нильс радушно протянул Стэну руку, восхищённо косясь на сверкающий за его спиной, как новая кредитка, « Torn ».

Быстро. Спасибо, – улыбнулся Стэн, прекрасно понимая чувства генерала. Основной рабочей техникой СМК были старушки-плэйтшипы и ещё несколько распространённых версий звездолётов, которые стрэйнджерам в подмётки не годились. Оружием законников межгалактический конгломерат обеспечивал сверхсовременным, а вот на космические рейдеры финансирования КОГ всегда не хватало. Поэтому подарок Агни был более чем щедрым, ну, если не брать во внимание одной маленькой детали – фактически стрэйнджеры были откупом за Хока, которому грозило пожизненное заключение за обвинение в убийстве собственного отца. И несмотря на то, что в итоге он оказался невиновным, Агни своё обещание сдержала. И вот теперь учить работников межгалактического контроля управлять новой техникой прислали Стэна, потому что Агни не пустил Торн (да и не с её токсикозом выполнять такую миссию); Хок, гад, наслаждался медовым месяцем, полоща в Ципровском океане яйца и свою ненаглядную Фло; Эмбер сидел на Проктэрре, копаясь в новых двигателях чокнутого семейства Райдэк-Шэнгри; а Свэн сразу заявил, что никуда не поедет, потому что он не силён в дипломатии, и если ему попадутся тупые ученики, то он сразу им что-нибудь отстрелит.

А Стэн, оказывается, был охренеть каким дипломатом, и как выразилась хитрая рыжая зараза: «Просто душкой»! Поэтому, чтобы её не разочаровать, Гвоздь старательно изображал «просто душку», любезно скалясь обступившим его силовикам.

У нас для Вас на сегодня приготовлена обширная развлекательная программа, – опыляя Стэна облаком благодушия, залился соловьиной трелью Нильс. – Посмотрите наш штаб, совершите обзорное путешествие по планете, а завтра приступите к подбору персонала.

Не надо этого, – нервно отрезал Стэн, ужаснувшись подобной перспективе. Ещё бы на качельках ему предложили покататься! - Давайте сразу перейдём к тому, зачем я здесь. Мне нужен свободный кабинет, дела всех офицеров конторы и сейк-капсула с хорошим кофе.

Нильс растерянно оглянулся на толпу сопровождения и вежливо спросил:

А помощники Вам не нужны?

Стэн поморщился, представив, как эти самые помощники будут целый день бегать вокруг него, окучивая, словно овощ на грядке.

Парочку. Больше не надо. Желательно – служащих по подбору персонала. Они расскажут мне о людях больше, чем скупые строки личных дел.

Генерал коротко кивнул, быстро показал что-то своим подчинённым на пальцах и неспешно повёл Стэна к главному корпусу службы контроля, по дороге засыпая мужчину вопросами и не уставая благодарить за столь щедрый подарок Сал.


****


В помощники Стэну дали двух майоров, а кабинет, как Гвоздь подозревал, отжали на время у кого-то из высокого начальства, потому что здесь все было помпезным и кричащим – от похожего на трон кресла до какой-то старой, как Вселенная, люстры, на которой болтались сверкающие висюльки, пускающие по стенам радужных зайчиков.

Личных дел притащили пиккер* и маленькую тележку, что ввергало Стэна в состояние уныния. Эдак копаться в этих стопках он будет ещё целую вечность, а не рассчитываемый им крам.

Нахлебавшись кофе, Стэн рьяно принялся за работу, уже через полчаса отложив в сторону несколько личных дел особо понравившихся ему офицеров.

На очередной папке он завис. В глаза мгновенно бросился сертификат стрелка категории « high +», и Стэн вперился взглядом в фотографию, медитируя над изображённым на ней девичьим лицом. Женщин-снайперов такого класса полковник Стэнфорд ещё не встречал, а хороших стрелков за свою жизнь он повидал немало.

Эту не советую, – встав за его плечом, услужливо вбросил ремарку майор Долсон, видимо, до этого подсовывающий Стэну папки с данными своих протеже.

Почему? – Стэн поднял голову и посмотрел мужчине в глаза. – Послужной список отличный, физические данные – то, что надо, и она, кажется, стрелок запредельного класса!

Долсон наклонился, тихо и заговорщически поведав новому начальству:

Тэйдор* Ривз – старая дева, синий чулок и редкая стерва.

Серьёзно? – насмешливо хмыкнул Стэн, внимательно разглядывая зализанную, как гладкошёрстная собачонка, девушку, на вид которой можно было дать от силы двадцать пять. – Стерва? Вот прям стерва, или стерва-стерва-стерва? – уточнил он.

Сука! Пи*противная до зубовного скрежета, – внезапно грубо и пошло разоткровенничался майор.

Стэн хитро ухмыльнулся, опустив папку тэйдора Ривз на стопку с отобранными офицерами.

Она мне уже начинает нравиться. Надо брать! Млею от стерв. Особенно рыжих.

Она шатенка, – не скрывая разочарования в голосе, сообщил майор.

Тоже пойдёт. Главное, что не блондинка.

Не любите блондинок? – растерялся Долсон.

Наоборот. Люблю. Но сильно отвлекают от рабочего процесса.

В кабинет в этот самый момент впорхнула светловолосая секретарша, занося уставленный едой поднос, и Стэн, нагло мазанув взглядом по всем выпирающим частям её тела, мгновенно послал зардевшейся девушке многообещающую улыбку.

Вот! Я же говорил, – подмигнул он майору. – Мисс В. Симс, что вы делаете сегодня вечером? – прочитав на бейджике имя красотки, пошёл в контрнаступление Стэн.

Блондинка зазвенела посудой, пытаясь поставить трясущимися руками поднос на стол, после чего, хлопая ресницами и смущаясь, сообщила:

Я Вивьен, а вечером мы с подругами собирались на Блактэю в «Лотос».

«Лотос», – повторил Стэн, ещё больше поощряя Вивьен взглядом. – Я запомню.

Если Тангирра была планетой-базой, принимающей на своей поверхности тысячи звёздных кораблей на дозаправку и ремонт, то Блактэя считалась игровым оазисом Вселенского масштаба, где деньги лились рекой, а роскошь просто слепила глаза. Облегчить свои карманы от кредитов туда слетались толстосумы со всех галактик, впрочем, и желающие их туго набить там тоже имелись. И если на первой планете Стэн чувствовал себя как рыба в воде, то на второй бывал всего один раз вместе с Сал, когда сопровождал туда Эргондо с деньгами.

Штабы СМК и КОГ находились на Юккаре именно потому, что отсюда до Блактэи и ещё парочки ей подобных планет были построены межпространственные порты, и это позволяло службе контроля мгновенно оказываться на месте вызова. А в местах, где находится слишком много выпивших мужчин, доступных женщин и денег, такие вызовы были явлением постоянным.

Игровой гостинично-развлекательный комплекс «Лотос» считался жемчужиной Блактэи, включающей в себя ночные клубы, казино, дорогие магазины, гостиницы и рестораны. Отдыхали там преимущественно богачи. И хотя Стэнли Стэнфорд уже очень давно не бедствовал, просаживать деньги в подобных местах всё равно считал тупостью.

Но Вивьен Гвоздю понравилась, и потусить с ней, пусть даже и в «Лотосе», он был совершенно не против, ну, а если она потом ещё и на гостиничный номер согласится, то командировку на Юккару смело можно назвать удачной. И нужно-то всего для счастья – до вечера пересмотреть все дела и выбрать себе команду.

Блондиночка была сильнейшей мотивацией, поэтому, зарывшись в бумаги как крот, Стэн листал их с реактивной скоростью, и спустя четыре часа методом нехитрых манипуляций были отобраны десять человек, в компетенции которых не сомневалась даже его интуиция.

Победно хлопнув стопкой отобранных дел перед Долсоном, Стэн потянулся, разминая затёкшую спину, после чего радостно сообщил:

Можете объявить офицерам о результатах отбора уже сегодня вечером. А завтра я хотел бы поговорить с ребятами лично и, если это возможно, приступить к работе.

Я отнесу бумаги командующему и передам вашу просьбу, – стал расшаркиваться Долсон, но Стэн, уже потеряв к нему всякий интерес, обратился ко второму майору:

Слышь, парень, мне бы помыться и переодеться! Где тут меня у вас приквартировали?

Я проведу Вас, – тут же встрепенулся мужчина, и Стэн, проверив последние сообщения на флэтпаде, неспешно пошагал следом за майором.



ГЛАВА 2



Тик... Тик... Тик...

Секундная стрелка моих механических часов двигалась по циферблату, нарушая тишину ещё спящего дома. Не открывая глаз, я пропускала сквозь себя её фоновый звук, сканируя обострившимся до предела слухом окружающее пространство. Привычка. Стандартное упражнение любого снайпера на концентрацию. Умение вычленить в тысяче окружающих тебя шорохов, шумов и помех лишний звук: шелест шагов, хруст переломившегося под их тяжестью прутика, скольжение пальца по металлу...

Щелчок. Большая стрелка на полшестого. Где-то внизу дома чиркает механизм дверного замка. Установленная на его ручку гильза начинает своё движение, но прежде чем она со звоном успевает отскочить от мраморных плит холла, рука моя выхватывает из-под подушки «Брайан», и тело расправленной пружиной слетает с кровати, замирая под стеной у двери.

Пульс бьётся ровно. В голове нет лишних мыслей, там только внутренний таймер, отсчитывающий шаги медленно крадущегося по лестнице человека, зачем-то бесцеремонно вторгшегося ни свет ни заря в мой дом.

Скрип четвертой ступени. Пятая прогибается под тяжестью чужого веса. Осталось совсем немного.

Один. Два. Три...

Дверь в спальню медленно отворяется. Подушечка пальца мягко надавливает на спуск курка, снимая своим отпечатком «Брайан» с предохранителя, и...

Лотта, ты где?

Чёрт! Пушка мгновенно прячется за пояс брюк на спине, и я безысходно вздыхаю:

Я здесь, мама.

О боже мой! – Амели Ривз шарахается в сторону и хватается за сердце, хотя, по сути, это должна была бы сделать я, будь у меня не такие крепкие нервы. – Зачем так пугать?

А зачем вламываться без предупреждения в чужой дом в такую рань?

Лотта!

Это её укоризненное и нравоучительное всегда вызывает глухую досаду.

Не называй меня так! Я же просила!

А как? Этим его плебейским Шо? Его уменьшительные прозвища тебя никогда не раздражали!

Господи, неужели она заявилась в пять утра, чтобы устроить мне сцену ревности?

Нет, не раздражали! В отличие от тебя, он меня вообще совершенно не раздражал!

За что ты меня так ненавидишь?

Я тебя люблю, мама. Не люблю только твоё желание постоянно контролировать мою жизнь. Я уже большая девочка.

Мама сдувается, словно пробитая покрышка, опуская плечи и нагоняя на безупречно прекрасное лицо страдальческую маску. Я иногда не понимаю, как у такой красивой неё могла родиться такая несуразная я?

Я просто волнуюсь за тебя, дорогая. Неужели так сложно это понять? Вот когда у тебя будут свои...

Голос мамы испуганно замирает, глаза наполняются покаянным ужасом, и мне становится её жаль. Она ещё не привыкла к этому, я – давно да. Её совестливые метания причиняют мне большую боль, чем случайно обронённая фраза.

Ты что-то хотела от меня, раз пришла так рано? – я резко меняю тему, избавляя маму от необходимости расшаркиваться передо мной в ненужных извинениях, и растерянная неловкость на её лице мгновенно сменяется благодарной улыбкой:

Тебя можно застать дома только в такое время. Ты забыла, какой сегодня день?

В моей голове судорожно начинают лопатиться знаменательные даты событий из жизни родителей, а когда понимаю, что вроде бы никого из них не забыла поздравить, едва слышно выдыхаю.

Шарлотта! – идеальные мамины брови плавными дугами взлетают вверх.

Чёрт, какая же она красивая! Что это? Зависть? Скорее всего!

У тебя сегодня день рождения! Ты что, забыла?

Я действительно забыла. Наверное, потому, что на этом празднике жизни всегда чувствую себя лишней. И ко всему прочему, с каждым прожитым годом я всё отчётливее слышу, как тикает мой биологический хронометр, превращая меня из юной мечтательницы в стареющую циничную тётку.

Это здорово, спасибо, что пришла меня поздравить! – приклеенная к моим губам улыбка всё ещё способна обмануть маму, и она воодушевлённо «рвётся в бой»:

Мы с отцом хотим устроить вечеринку в твою честь...

Извини, но я не приду! – это, вероятно, звучит грубо, но лучше отрезать сразу, чем врать и выкручиваться потом. – Я сегодня на дежурстве, и улыбаться после него папиным бизнес-партнёрам, на одного из которых вы хотите меня сбагрить, у меня нет никакого желания. После службы я вернусь домой и завалюсь спать.

Шарлотта, доченька! Это не займёт много времени, – мама включает своё обаяние на полную катушку, но в данном случае это так же действенно, как мёртвому припарки. Заставить меня заявиться на сборище лощёных снобов, у которых вместо мозга счётная машина, преимущественно работающая только с цифрами, в чьих хвостах стоит не меньше шести нулей, можно только под наркозом.

Нет! Хотите со мной посидеть? Пойдём в ресторан на выходных. Но только вы и я, – резюмирую, ставя точку в нашем разговоре.

Хорошо, – мама старательно прячет за улыбкой обиду, а потом протягивает мне ключи на брелоке.

Что это?

Подарок от нас с отцом.

Мама, мне не нужна ещё одна машина.

Это не то, что ты думаешь, – демонстративно направляясь к выходу, Амели Ривз даёт мне понять, что отказ не принимается. – Не провожай меня. Я закрою за собой сама.

Господи, и когда они с отцом, наконец, уяснят, что меня не ввергают в экстаз новомодные тачки, флэтпады, инкрустированные драгоценными камнями, и богемный блеск космических яхт? Зачем мне это всё?

Спасибо, – вяло роняю я, провожая мать взглядом, и когда её шаги тонут где-то в пустоте моего дома, бессильно бреду к кровати, падая на неё словно подкошенная. Почему после таких бесед я чувствую себя морально выжатой и более уставшей, чем после очередной заварухи и целого дня погони за какими-то уродами?

Ривз, приём! – внезапно сработавшее переговорное устройство, лежащее у прикроватной тумбочки, наполняет спальню треском и шумом чужих голосов, на дальнем фоне которых я слышу ругань и выстрелы. – Поднимай свой зад, малышка. У нас срочный вызов, код опасности красный.

Поняла, Пол. Сбрось координаты. Скоро буду.

Так начинается почти каждое моё утро. Ах да, за исключением, если оно плавно не перетекает из ночи, проведённой в засаде, когда я лежу на пузе где-нибудь на крыше или в болотной грязи. Вам не нравится? Сожалею. Потому что мне – в кайф!



По сути, мне на сборы нужно было всего пару минут. Одеваться за годы службы я научилась не хуже вояк конфедерации, да и оружие у меня всегда под рукой.

Панель стены от прикосновения моей ладони отъехала в сторону, открыв потайной сейф, если целую комнату, напичканную стволами и камуфляжем, можно таковым назвать.

Привет, парни! Кто сегодня со мной?

Электрический свет тускло отразился в темных корпусах, словно они беззвучно отвечали мне как старому другу. Они – моя единственная и неизменная любовь – лучшая во Вселенной коллекция «Брайанов». Моё сокровище! Бесценное! В прямом и переносном смысле.

Сняв со стены автомат пятнадцатого калибра, я подключила свой флэтпад к системе уже надетого бронекомплекта. На защитном экране шлема мгновенно замелькали координаты предстоящей операции и скупые цифры статистики происходящего: двое убитых, пятеро раненых, три заложника.

Времени на промедление у меня не оставалось.

Активировав сигнализацию дома, я слетела по лестнице вниз и, распахнув входные двери, изумлённо замерла.

На площадке для парковки стоял новенький флайкорт*. Мне хватило нескольких секунд, чтобы понять, что это и есть мамин сюрприз. Наверное, это был самый приятный и неожиданный подарок от родителей за всю жизнь. На жалование конфедерации я себе такую роскошь позволить не могу. Эта штуковина бесшумно летает со скоростью, какой не достигает ни один флаер, а уж о склиперах или других наземных средствах передвижения и речи не идёт. В штабе такие аппараты есть только у высшего руководящего состава. Да я на месте перестрелки буду уже через две минуты! И плевать, что скажет шеф, когда я заявлюсь к нему на этом!

Вытащив из кармана брелок, я сняла блокировку с флайкорта и, запрыгнув в салон, задала координаты полёта. Словно лёгкое пёрышко, поднявшись вверх, аппарат на доли секунды завис над домом, а потом рванул вперёд под моё восторженное «Вау».

Позвонить Илвару, – отдала я чёткий приказ в микрофон, услышав через миг длинный гудок и рокочущее:

Привет, дочка!

Спасибо за подарок! Я уверена – это была твоя идея. Мама бы не позволила.

Понравился?

Не то слово. Я сейчас в нём.

Я подумал, что с твоей работой это будет самое то! – бархатистый смех Илвара пощекотал слух, и я невольно улыбнулась.

Да. Это точно. Извини за то, что не приеду сегодня вечером.

Понимаю. Тебе с нами скучно.

С вами нет, – возразила я, почему-то испытывая неловкость от этого признания. – Если закажешь где-нибудь столик на выходных, я с удовольствием проведу с вами время.

Договорились.

Как же мне нравится его краткость и быстрая реакция! Промышленный магнат Илвар Ривз принадлежит к тому типу мужчин, кто мало говорит, но много делает.

Тогда до выходных!

Связь отключается как раз в тот момент, когда флайкорт начинает опускаться перед оцеплением силовиков, и мне стоит большого труда сдержать улыбку, наблюдая за реакцией шефа на моё появление.

Вообще-то Люк Мэйсон отличный мужик, когда не орёт и не брызжет слюной, пытаясь донести до меня какую-то абсурдную чушь, смысл которой всегда в нескольких словах заключается в одном: «Ривз – не лезь на рожон». Спрашивается, зачем тогда меня позвал?

Вот и сейчас, шагнув мне навстречу, он с перекошенным лицом уставился на флайкорт, а потом зашипел, как змей, уже на меня:

Ривз, ты где это взяла? Ты что, угнала аппарат из штаба?

Успокойтесь, это подарок родителей.

Мэйсон заглох на пару секунд, а потом снова начал орать:

Значит так, Ривз. Руководство операцией берёшь на себя. Объект находится на девятом этаже. Джим О Нил, тридцать четыре года, наркодилер, входит в клан Робби Боуза. Двери этот урод заблокировал. С ним в комнате два трупа и три заложника. Двое из них – дети. Говорят, что Джим с дружками всю ночь играл и нюхал скрапс. Под утро они что-то не поделили и начали палить друг в друга из ривольфов. Когда соседи вызвали службу контроля, О Нил уже успел грохнуть дружков, потом ранил нескольких соседей, а свою бабу и её детей взял в заложники.

Я подняла голову, рассматривая здание и выискивая на соседнем удобную точку для обстрела.

На меня смотри, когда я с тобой разговариваю! – завыл, как сирена, Люк. – Там на окнах опущены ролеты, и этот придурок пообещал расстрелять детей, если мы начнём штурмовать дом.

Понятно, – я стащила с головы шлем, оставив только переговорное устройство.

Что тебе понятно? Что тебе понятно? Бла, бла, бла... – Мэйсон что-то орал, распинался предо мной, краснея от напряжения и злости. С каменным лицом я смотрела на губы мужчины, пропуская его вопль мимо ушей бесцветным фоном. Гунди-гунди, мне твой голос приятен!

Ты меня поняла, Ривз? – рявкнул Люк, и я, вскинув вверх подбородок, крикнула ещё громче, чем он:

Так точно, шеф!

Мэйсон замер, недоверчиво нахмурившись.

Иди, Ривз. И без самодеятельности! – наконец нравоучительно закончил начальник.

Я попыталась изобразить на лице максимум покорности:

Вы же меня знаете, шеф!

Вот именно, что я тебя знаю, – безысходно и как-то устало вздохнул он. – Шлем надень! – гаркнул напоследок Мэйсон в мою удаляющуюся спину.

Обязательно! – улыбнулась ему я, но как только прошла кордон и оказалась в доме, тут же отдала мешающий мне работать атрибут защиты Полу Джонсу, который выбежал мне навстречу.

Чьё подразделение сейчас наверху? – поднимаясь с ним по лестнице мимо выставленных по всему периметру эйторов, спросила я.

Пол замялся и криво усмехнулся:

Тебе не понравится.

Что ты здесь делаешь, Ривз? – слетевший с верхнего пролёта голос застиг меня с поднятой над ступенькой ногой, заставив перевести взгляд на обладателя красивого баритона. Обладатель баритона, к слову, тоже был ничего. Внешне. А внутри...

Странно было смотреть на него и понимать, что ничего в груди больше не ёкает. Сейчас у меня в голове вообще не укладывалось, как я могла когда-то повестись на это гуано?

И тебе доброе утро, дорогой! Меня, как всегда, прислали убирать за тобой мусор, Кларк!

Бывшего слегка передёрнуло от моего приветствия, но спесь не сбило.

Мой расчёт прибыл сюда первым! – ещё плохо догоняя, что он уже ничего не решает, трепыхнулся Кларк.

Я улыбнулась.

Да мне насрать! Объект теперь мой. Это приказ начальства. Так что уводи своих людей и пошёл вон!

Дуло моего «Брайана» было более убедительно, чем я, поэтому Кларк нехотя отошёл в сторону, пропуская меня и мою команду вперёд, оставаясь в моей памяти лишь незначительным эпизодом.


****


Когда мы добрались до девятого этажа, «клиент» за дверью уже не палил из пушки. Только орал благим матом, обещая расправиться с заложниками, как только мы начнём штурм.

Я подняла вверх руку, и все замолкли. Словно я, как волшебница, чудесным взмахом палочки вырубила все переговорные устройства, заполнив эфир звенящей пустотой. Нет, я не волшебница. Просто я работаю в тишине. И она мой лучший напарник и наводчик.

Всхлип...

Мальчишка. За дверью. Под стеной справа. Сидит на полу.

Шорох...

Рядом с ним ещё кто-то. Ещё один ребёнок, но явно младше! Даже не плачет. Просто испуганно жмётся к брату.

Возня. Шарканье ног по полу. Объект прямо по центру. Удалённость от двери - три метра.

Эй, федералы! Валите отсюда нах*... или я её завалю! – мужской голос звучит примерно в десяти сантиметрах над моей головой, и я мгновенно вычисляю месторасположение мужчины в комнате. – И выродков её тоже грохну!

Женщина начинает плакать. Этот скот бьёт её рукоятью ривольфа по голове, и это даёт мне фору.

Время для меня замирает. Секунды текут сквозь меня словно вечность. Палец жмёт на спусковой крючок автоматического «Брайана», наведённого в вычисленную на двери точку, и...

Выстрел. За дверью раздаётся женский вопль. Грохот падающего на пол тела и трёхэтажная нецензурная брань.

Прицельной очередью я выбиваю замок, а затем, распахнув ногой дверь, вваливаюсь в комнату, поражая ещё одним выстрелом валяющемуся на полу О‘Нилу вторую руку.

Су-ука, – воет и катается по полу ублюдок, пока я, преодолев разделяющее нас расстояние, не нависаю над ним со взведённым «Брайаном».

Да уж... Сука... На самом деле суками я считаю таких как он – козлов, торчащих на скрапсе с утра до ночи, просаживающих деньги семьи на бухло и шлюх, а потом бьющих жену и детей просто потому, что им скучно. Ненавижу...

Отбросив носком ботинка его оружие в сторону, я проверила периметр, обняла рыдающую женщину и передала по рации:

Объект обезврежен. Все чисто!


Отличная работа, Ривз! – следом за мной в комнату проник Пол, скрутив О‘Нила и нацепив на него электронные браслеты.

Да уж, отличная… Люк сейчас опять орать будет, что я этой гниде шкурку подпортила.

Я подпёрла спиной стену, наблюдая за тем, как помещение заполняется силовиками, которые выводят женщину и детей, а затем начинают заниматься преступником, вкалывая ему стимуляторы и накладывая жгуты на пробитые руки.

По-моему, он орёт только для видимости, – подмигнул мне Пол. – И ещё потому, что волнуется за тебя. Все слышали, как он просил, чтобы ты шлем надела.

Так уж и волнуется? Ну да, если меня грохнут, кто же его отделу будет статистику делать.

Перестань, ты же знаешь, что это не так. Когда ты поймёшь, что не все такие козлы, как твой бывший?

Я вздохнула и улыбнулась Полу. Этот парень уж точно таким не был. Но мой напарник скорее исключение из правил, чем норма. Хотя, если не рассматривать под микроскопом эйторов из моей команды, все они были отличными ребятами. Честными, ответственными, весёлыми и молодыми. И я очень надеюсь, что такими они и останутся, а не превратятся с возрастом в законченных чудаков на букву «М».

Ну, хочешь, я тебя прикрою перед Мэйсоном? – Пол водрузил мне на голову шлем и легонько толкнул плечом. – Пойду с тобой и буду заговаривать ему зубы! А ещё отчёт вместо тебя напишу!

О, как это было щедро и неосмотрительно с его стороны! Писанину я терпеть не могу, и сидеть до ночи перед компьютером, сочиняя опус о том, как я провела день – для меня смерти подобно.

Ловлю на слове! Сегодня отчётом занимаешься ты! И строишь глазки Люку тоже! – ткнула в грудь напарника указательным пальцем я.

Он рассмеялся и быстро-быстро захлопал ресницами:

Вот так?

Уверена, Мэйсону понравится!

Мне так точно понравилось, поэтому в отличном расположении духа мы с Полом двинулись вниз, оказавшись на улице как раз в тот момент, когда в дом входила бригада медиков, явно вызванных для О’Нила.

Заметив меня и Джонса, шеф резво ринулся к нам, четвертуя меня не предвещающим ничего хорошего взглядом:

Ривз, что ты ему отстрелила? – ни за что ни про что вызверился на меня Люк, имея в виду того урода с девятого этажа, по вине которого мы, собственно, все здесь и собрались.

Да ничего, – глупо хлопая глазками, как это несколько минут назад изображал Пол, торжественно поклялась я. – Руку с ривольфом пробила, а потом вторую, чтоб не тянул её к оружию. Допустимая самооборона!

Мэйсон с заметным облегчением выдохнул, расплылся в улыбке и как-то важно приосанился, словно у него за спиной начали прорезаться крылья. А когда он стал радостно потирать ладони и мне подмигивать, я начала сильно волноваться за его душевное равновесие.

Молодец! – зачем-то погрозил мне пальцем шеф. – Ну молодец же, Ривз, когда захочешь! Я выиграл! Марли мне сотню торчит.

У меня от неожиданности даже слов не нашлось.

Вы что, с начальником тактического отдела на меня ставки делали? – спустя минуту мрачно поинтересовалась я у радостно притопывающего начальника.

Ага, – поражая своей наглостью, признался он. – Марли утверждал, что ты отстрелишь О’Нилу яйца. А я сказал, что на этот раз обойдётся без членовредительства. Я же тебя знаю, Ривз. Если я тебе сказал без фокусов – значит, всё будет по протоколу!

Это точно! Вы меня знаете... Слушайте, босс, а мне с вашего выигрыша процент не полагается? Ну, я как-никак на вашей стороне играла...

У Мэйсона задёргалась щека и глаза полезли из орбит:

Ривз! – взвизгнул он. – А ну, марш отсюда! Дежурите с Джонсом сегодня в одиннадцатом секторе! И чтобы вечером на построении была как штык! Штаб объявит результаты отбора по проекту «Торн».

А я при чём?

То, что меня туда не возьмут, и гадать не нужно было. Ну, не с моим ростом и репутацией. Поэтому я искренне не понимала, зачем должна наблюдать за тем, как удача проплывает мимо.

Молчать, когда я с тобой разговариваю! – окончательно взбесился Люк.

А я что делаю? И вообще, можно подумать, между его воплями хоть кому-нибудь можно вставить свою ремарку!

Вечером на построении, я сказал! И отчёт чтобы лежал у меня на столе уже сегодня! Пшли вон!

Мы с Полом понимающе переглянулись и, сделав вид, что очень расстроились, пошагали на дежурство.


Ты куда? – поинтересовался Джонсон, когда я вместо того, чтобы свернуть к стоянке склиперов, двинулась к своему флайкорту.

Дежурить сегодня мы будем на этом, – кивнула на него я.

Снятая брелоком блокировка услужливо подняла вверх дверь летательного аппарата, и Пол очень «живописно» выругался.

Ривз, у кого ты его спёрла?

Ну вот, почему обо мне сразу нужно думать в таком ключе? Ну да, я не могу себе такой купить! Но это не значит, что мне его не могут подарить или, в крайнем случае, дать покататься!

Отец дал полетать! сказала почти правду я. Дорогими подарками родителей я никогда не афишировала перед сотрудниками, не желая быть предметом зависти, злословия и выделяться на их фоне. А говорить о том, что мне сегодня стукнул тридцатник, напарнику не хотелось. Да и вообще не хотелось вспоминать об этом событии. Что за радость каждый раз напоминать человеку, что сегодня он постарел ещё на один год?

Крутая штуковина! – глаза Пола засияли, как огни наводки, и лицо приобрело глуповатое выражение. Ещё немного, и парень станет пускать на флайкорт слюни.

Я его понимала. Академическая специальность Джонсона значилась как штурман-пилот. И управлять Пол мог любыми наземными и воздушными видами транспорта. Но в нашем подразделении были только склиперы и флаера, а на них особо не разгуляешься.

О плэйтшипах* я даже говорить не хочу. Их на всех не хватало. Начальство над ними тряслось, как над златом, а потому управление ими доверяли только проверенным и постоянно работающим на них бригадах.

Ну да, мы те самые сапожники без сапог. Это легионерам за успешно выполненные операции заказчики платят сумасшедшие деньги, на которые они закупают себе дорогущее оборудование для работы и новые звездолёты, а нам приходится довольствоваться скромным межгалактическим бюджетом, в котором на космические рейдеры денег почему-то всё время не хватает.

Можете себе представить восторг нашего начальства, когда бывшая дрейкерша Агни Паркер, а теперь владелица корпорации «Спаркс Гэлакси», занимающейся выпуском стрэйнджеров, решила облагодетельствовать СМК и подарить нам сотню звездолётов.

По вселенским масштабам это, конечно, мелочь. И дай Бог, чтобы на Юккаре оставили хотя бы парочку. Потому что в межгалактическом альянсе есть множество планет с напряжённой криминогенной обстановкой, а на Юккаре, благодаря тому, что здесь располагается штаб СМК относительно спокойно. Но уверена, благодарность штаба не знает границ, и в данный момент его генералы старательно облизывают все части тела легендарного Стэнли Стэнфорда, прибывшего с Фаэртона, чтобы лично научить нас пользоваться навороченной техникой.

Садись за штурвал, – я бросила ключи обалдевшему Полу и, усевшись во флайкорт, не без удовольствия добавила: – У нас с тобой сегодня дежурство будет с ветерком.

Шарлотта, да мы с тобой на этом весь сектор за считанные минуты облетим!

Оу, если Пол перешёл на имя, то он близок к экстазу. Забывать мою фамилию он начинает только в минуты сильного возбуждения, а флайкорт его явно возбуждал.

А вот наблюдать за тем, как парень управляет пилотником, было истинным наслаждением уже для меня. Сияющее счастьем лицо друга и напарника – это, пожалуй, самый лучший подарок на день рождения. И флайкорт не идёт с этим ни в какое сравнение!


До обеда мы с Полом просто летали туда-сюда по сектору, проверяя возможности аппарата и разбираясь в его новомодных наворотах. А потом следили за ситуацией в вверенном нам квадрате по монитору. Встроенный в приборную панель бортовой компьютер позволил нам подключиться к базе Юкарры и вывести на экран показания всех камер слежения в заданном квадрате одновременно. Можно было вообще ничего не делать: висеть на одном месте, переговариваться с другими патрульными бригадами, играть в видж* и поглядывать на экран.

А этот что здесь делает? – Пол, просматривая показания на компьютере, случайно заметил выходящего из машины на заднем дворе гипермаркета мужчину и приблизил изображение, озадаченно разглядывая его лицо. – Это же Блазар! Какого он забыл на Юкарре?..

А это точно он? – я перегнулась через плечо напарника, всунув свой нос в экран. – Запроси в базе поиск сходства лиц.

Пол быстро пощёлкал кнопками, и компьютер мгновенно выдал результат: 100% сходство.

Эмиль Нирго по кличке Блазар был крупнейшим торговцем наркотиков в галактике R-14 и поймать его на горячем пытались не на одной планете, но эта сволочь, как тот самый блазар*, затмевая по мощности излучаемого света все остальные звезды в своей галактике, всегда находился где-то в стороне, оставаясь недосягаемым для длинных рук СМК.

Твою ж космическую флотилию! – протянул Пол, когда из чёрного хода здания появился ни кто иной, как сам Монти Дрэйк по кличке Zero , а вместе с ним Робби Боуз.

Монти был владельцем игорного комплекса «Невесомость» на Блактэе, и я думаю, что в широкий спектр его развлекательных услуг входили не только карты, рулетка и красочные шоу, но и девочки, подпольные бои с тотализаторами и наркота. Почему думаю? Потому что внешне у него всё всегда прилично и связать его с кем-то из бандитов никогда никому не удавалось. Ну, подумаешь, играют они в его казино. А кто не играет? Президенты, сенаторы и консулы различных планет тоже были частыми гостями его комплекса. Тут догадки можно засунуть себе в одно место. Нет доказательств, нет и обвинений!

И если с первыми двумя всё было более менее понятно, то каким боком рядом с птицами такого высокого полёта оказался глава местной бандитской группировки Робби Боуз, оставалось загадкой.

Слушай, Ривз, по-моему, здесь намечается что-то грандиозное! – просипел Пол, наблюдая за стремительно разворачивающейся под гипермаркетом движухой.

Сначала туда опустились два грузовых флайера с логотипом межгалактической компании по перевозке мяса, а затем из них бодренько выскочила «мебель» с лицами не обезображенными интеллектом, и стала грузить в перевозчики свежие туши.

Там скрапс! – осенило меня. – Пол, они перевозят в тушах наркоту Нирго, которую Дрэйк потом сбывает у себя в клубах!

А Робби им зачем?

Это же целая схема! Робби крышует сеть этих гипермаркетов. Нирго привозит сюда наркоту. Ребята Боуза прячут её в тушки, замораживают их, а потом отправляют на Блактэю в рестораны Монти. Я видела флаера с таким логотипом возле его клубов. И никто ничего не заподозрит, потому что мясо проходит контроль, когда прибывает на Юкарру и на него есть все соответствующие документы, а Монти просто делает в гипермаркетах закупки, как у посредников. Неслыханная наглость проворачивать такое под самым носом штаба СМК!

Это точно. Такое и в голову бы никому не пришло! – ошалело выдохнул Пол, а потом, открыв рот, ткнул пальцем в экран. – Да это же начальник департамента по борьбе с коррупцией!

Я потрясённо уставилась на вышедшего из чёрного хода Тэда Винсэнта, и все части пазла встали на свои места. Теперь было понятно под чьим прикрытием на Юккаре работали преступники.



Конец ознакомительного фрагмента



Copyright © 2016-2018 | Cнежная Александра | Все права защищены
E-mail: author@snezhnaya-aleksandra.ru